Нина ВОЛЧЕНКОВА (Брянск)

КАК ПО СИНЕЙ РЕЧЕНЬКЕ

(Из новых стихов)

РОДИНЕ
Не по образу и подобию я о жизни своей пишу.
Что получится, то услышится: по тропинкам иду, дышу.
А ведут они в то селение, где когда-то я родилась.
Говорят, если есть везение, значит жизнь и впрямь удалась.

Деревушка моя на пригорочках – левитановская благодать,
Удивительное название, описанье нетрудно дать.
Когда осенью листья жёлтые по полям летят и лесам,
Журавлиные стаи добрые поднимаются к небесам.

Я стою и смотрю сквозь Времечко с благодарностью к тем местам.
Есть на свете любимая Родина – никому её не отдам.
Но скажу о ней слово ласково, чтобы кто-то да прочитал,
Что Ивановка в Муравельнике как начало других начал.

Мурава ты моя, Муравушка, вспоминаю тебя тепло:
Зеленеет на солнце травушка, и блестит стрекозы крыло.
А кузнечики, а кузнечики так стремятся везде успеть,
Разноцветные дарят бубенчики, чтобы в хоре о счастье петь.
В хороводе берёзки белые на поляне замкнули круг.

Ветки-руки у них умелые, и легко им среди подруг.
Я в лесу себя славно чувствую, защищённая от невзгод.
Здесь пишу, ну а там присутствую, проживая за годом год.
Родилась я весной, в апреле, в славный месяц и славный год,
Когда жаворонки в небе пели и был солнечный круговорот.
И с тех самых пор вот такая – не минуты без дел не сижу:
То пишу, о любви мечтая, то стихи на весу держу.

Мысли чистые там рождаются, где спокойствие и комфорт,
Где просторы плывут под парусом и не надо держаться за борт.
В крылья руки мои превращаются – над селеньем своим лечу.
Если с Родиной не прощаешься, то не надо ходить к врачу.

ВОЙНА
Эта тема всегда волновала меня. 
Я читала стихи и пыталась понять:
Как Душа уцелела средь моря огня?
И сейчас эту Душу хочу я обнять,
Стать пред ней на  колени, молитвы шептать,
Чтобы силы хватило другим прочитать,
За что пала отцов, дедов, прадедов рать.

Что не сделали мы, и на чем мы стоим,
Когда вражии тьмы за погостом самим?
А ответ очень прост, его знаем давно:
Память добрая в рост как святое вино,
Где в атаке солдат, и где Родина-мать,
Где Москва, Сталинград –
Это сердцем принять
и сберечь мы должны.

И сомнения прочь: есть у нашей страны
День святейший, не ночь,
Май! Девятое! Слёзы… Сирень...
И салют в поднебесье, и горечи тень,
Вальс Победы, и плачущей матери стон…

Возвращаются беды, но Памяти тон
Как молитвы слова:  всяк живущий живи,
Чтоб не никла глава, –
У России на это,
            как Правда, права!

Хрупок мир и раним,
беспокойства не счесть,
Но сегодня есть рать –
      Доблесть,
            Мужество,
                  Честь,
Память белых берёз,
леса Брянского стать,
чтобы  край партизанский
подняться и стать
В полный рост мог сегодня
и завтра стоять.
Нужна сила Господня,
чтобы Родина-мать,
У которой Любви и Заботы –
                        на всех,
Процветала в веках, не меняла бы вех!

Память – зов и набат,
слово сердца в строке!
Кто её написал от семьи вдалеке?
Генерал,
      комиссар,
            политрук
                  иль солдат?
Человек – чей-то муж,
      или сын,
            или брат!

Я читаю стихи, понимая сейчас,
что поэтов рождал грозный Родины час.

ВЕТЕРАНАМ
Не лечит время раны фронтовые,
А солнцу не дано уйти в зенит.
Всплывают даты, даты роковые,
И Память тонкой нотою звенит.

Не заживают колотые раны,
Штыки до сердца вашего дошли.
Примите благодарность, ветераны
От всех погибших жителей земли.

От нас примите слово, как молитву,
Живите, вспоминая каждый миг,
Чтоб выиграть сегодняшнюю битву,
Чтоб не случился страшный детский крик.

*  *  *
Вдовья память – основа основ.
Сколько раз она в жизни спасала?
Без помпезных и праздничных слов
Из разрухи страну поднимала.
И пиджак (что от мужа!) надев,
Выходила родимая в поле,
Не кляня свой тягчайший удел,
Принимая как есть свою долю.

* * *
У Вечного огня
да будет вечным пламя!
Оно колышется,
как шёлковое знамя.
Небесный купол –
взгляд моих внучат.
Их голосов мелодии звучат,
А я прошу у Бога Тишины,
Чтоб не вернулось эхо той войны.
Наш хрупкий мир
пусть богатырь хранит…
Горит Огонь…
      Молчание…
               Гранит…

*  *  *
На вышитый рушник кладут цветы –
Они с лугов,
      где кровь людская льётся.
И мулине в соцветьях красоты
За свет земной
      и запах жизни бьётся.
Какая зелень сочная, смотри!
А капельки на листьях
            как веснушки.
Ромашка запылённая, утри,
Своё лицо. И помни,
            что избушки
Красны углами,
      и в одном из них –
Ты только подними глаза повыше –
Увидишь лик
      из самых дорогих,
Услышишь,
      как природа тихо дышит.
Возьми иглу и солнечных лучей,
И полотно белёное
                  потрогай,
И вышей пламя тихое свечей,
Которое укажет нам дорогу
      к любви людской.
Покуда здесь живём,
Покуда наше сердце
      в ритме бьётся,
Пусть радует земля своим жнивьём,
Пусть радость золотая колосится.
И мулине, касаясь полотна,
Ложится тихой памятью нетленной.
Стежок к стежку – родник,
      не видно дна…
Храни Господь славян
Во всей Вселенной!

МОЛИТВА
– Спасите, Птицы, от людей поганых! –
Взывает к Небу худенький малыш.
– Здесь, на земле, сочатся кровью раны,
И «Грады» разорвали в клочья тишь.

– Спасите, Птицы, от жестоких взглядов,
Хотя уже и их я не боюсь.
Я презираю мир ползучих гадов,
За человеческие души я молюсь!

– О, Птицы Света! Пусть роса на травах
Брильянтами блестит, а не слезой.
Не наигрались взрослые? Облавы!
Кто на кого? Да и какой грозой!

– В надежде поднимаю к Небу руки:
О, Господи! Спаси мою страну.
Не допусти с любимыми разлуки,
Не брось в чужом краю её одну…

– Спасите, Птицы, от людей поганых! –
Взывает к Небу худенький малыш.
Грустят земли советской ветераны…
А слёзы Небо льёт с  покатых крыш.

*  *  *
И плакала ночами тихо мама,
Молчала днём
Под гулкий стук колёс.
От времени желтела телеграмма,
Которую «афганец» ей принёс.
Ему сегодня было б пятьдесят…
Отец вздыхает тоже не украдкой.
А под окном деревья голосят,
И в доме без него совсем несладко.
Объём в часах? Да целых тридцать лет,
И Память возвращается медалью.
Тускнеет фотография-портрет,
Окутанная горем и печалью.
Он на портрете – молодой солдат,
К лицу ему счастливая улыбка,
В руках АК – надёжный автомат.
Афгана путь не стал для нас ошибкой:
На двадцать лет отведена беда
Наркотики детей не убивали,
Дождём лилась прозрачная вода,
Клинки блестели из высокой стали.

*  *  *
Смотрю через стекло на школьный сад.
Ведёт урок студентка-практикантка –
Ещё не мастер, но не дилетантка.
А за окном кружатся и летят
Резные звёзды – целый снегопад.

Придёт весна, растопит белый плат,
Расправят ветви яблони седые,
И зацветут, как будто молодые,
И улыбнутся – всё пойдёт на лад.
Цветочному наряду каждый рад.

А практикантка в чудную страну
Уйдёт с желаньем строить добрый город,
И взгляд её необычайно молод,
И нипочём глухой февральский холод…
Её я вспомню, лишь взгляну на сад.

Я – ЖЕНЩИНА!
Я – Женщина!
И годы все мои,
Как рек разлив,
Весною соловьи,
Как летний зной,
Падение звезды
И сладкий вкус
Из родника воды.

Я – Женщина!
Стара иль молода,
На склоне лет
Иль у подножья гор,
Таким, как раньше,
Вижу я рассвет,
И с солнышком
Справляю разговор,
Любви своей
Ловлю
Желанный взгляд,
О чувстве
Говорю не наугад,
Кого люблю,
Тому любовь дарю.

Я – Женщина!
Родившая детей,
И в доме создающая уют,
Не допущу безумия,
Смертей,
Пока живая
И пока я тут!

Я – Женщина!
Я – мать-Земля,
Слеза!
Да будет
Очистительной
Гроза.

К Мужчине
Обращаюсь не на «вы»,
Молю о том,
Чтоб зарастали рвы
Зелёною-зелёною травой,
Чтоб колокольчики
Качали головой,
А на лугу душистые цветы
Хранили мир добра
И красоты.

Я – Женщина!

ОДИНОКИМ ДОЖДЁМ
Одиноким дождём
Я в апреле на землю упала
И травой проросла –
Ты не ходишь по ней босиком.
Я жила без тебя,
Очень-очень скучала…
Снова осень пришла,
И летят журавли косяком.

Одиноким листком
На рябине твоей задержалась…
Ярких  ягод костёр
Никогда не забуду вдали.
К веткам дерева я
Своей тёплой щекой
Прикасалась.
- Передайте привет, -
Я кричала им вслед, -
Журавли!

Одинокой звездой
Зажигалась вечернею синью,
Так хотелось, чтоб свет
Согревал твою душу зимой.
Да, быть может, тогда
Не казалась я сильной –
Я мечтала…
О счастье… С тобой.

ДОЖДЬ
Ты чувствуешь, как плачет дождь
И как стучит по мокрым ставням?
Выводит грустно ноту «до»
И вспоминает случай давний,
Где мы с тобой, где мы вдвоём,
Где всё для счастья и удачи…

Давай, любимый мой, споём!
Ты чувствуешь, как дождик плачет?

ПРОЩЁНОЕ ВОСКРЕСЕНЬЕ
Я прошу у тебя прощения.
Ты прости, мой родной, меня
За отсутствие в день рождения,
За камин, где среди огня
Язычками пламени пляшут
Мои мысли в ночной тиши.
Ты прости меня, мой хороший,
Но две строчки... одну... напиши!
Расскажи, что по мне скучаешь,
Что вздыхаешь в полночный час,
Перед сном светло вспоминаешь
Иль когда не смыкаешь глаз.
Ты поверь, я прошу немного,
Но прощения каждый раз.
А оно как моя дорога,
Только б свет никогда не гас. 

*  *  *
Наберись терпения,
Просто молча жди.
К небу вознесение –
Сизые дожди.

Осень заноябрила,
Без тебя мир пуст,
Ягодами-ядрами
Весь зарделся куст.

И рябина смелая
Листья сорвала,
Чтобы заметь белая
Душу не взяла.

Пусть на белом ягоды
Красные, как кровь.
Стала зимней радугой
Юности любовь.

Наберись терпения,
Долог век зимы.
К небу вознесение
Всё, что было МЫ.

ДУШЕВНЫЙ РАЗГОВОР
- А мы спустились с гор,
И я тебя целую!

- В Долине жёлтых роз
С тобою мы танцуем,
Меня своей рукой
Ты обнимаешь нежно,
И этот мир вокруг
Как океан безбрежный!

- При солнышке целую,
Лови мгновенья эти!

 - Ловлю! И признаюсь:
Нет ничего на свете
Роднее их желанных,
Судьбою долгожданных.

- Иду тебе навстречу,
Распахивая руки!

- Душа слилась с душою –
И больше нет разлуки!
И вместе навсегда,
Хоть не всегда мы рядом:
Нас жизнь соединила
Одним волшебным взглядом.

ПО СЛУЧАЮ
Меня никто как будто не обидел,
Дурного слова вслух не произнёс,
И слёз моих на сердце не увидел…
А может быть, всё это не всерьёз?

Я видела, как женщина гордилась,
Высоким был, как стиль, апофеоз.
Наверное, такою уродилась…
А может быть, всё это не всерьёз?

Давно живу на этом белом свете,
Над головой гремело много гроз,
А солнце всё вставало на рассвете –
Оно всегда надолго и всерьёз.

Оно всегда сушило мои слёзы
И улыбалось в полусфере рос.
Я знаю, как горьки апофеозы,
И знаю, что любовь всегда всерьёз.

БЕРЁЗА
О берёзе русской
Мудрых строф не счесть,
Символы России –
Радость, гордость, честь.
Шёлковые косы
Тронешь и замрёшь:
«Во поле берёза...» –
Васильки да рожь,
Над зелёной кроной
Синий-синий свод.
О тебе, Россия,
Сказ сложил народ.
Каждая в нём песня
Словно сердца стук,
Тянутся к берёзе
Сотни тысяч рук.
На берёсте белой
Строчек письмена –
Это жизнь России:
Даты, имена.
Лист резной монеткой
Ляжет на ладонь...
Береги берёзоньку,
Зря её не тронь.
Береги Россию,
Цвет её воды,
И тогда не будет
Никакой беды. 

*  *  *
Склоняюсь над кроваткой малыша –
Ему всего пять месяцев от роду.
Он реагирует на каждую погоду –
Мятежная, как колокол, душа.

Четыре дня без папы и без мамы.
Улыбки исчезают – слёз поток.
Быть может, это горечи исток,
А каждая слезинка – телеграмма?

Уснул с трудом, вздыхает не по-детски.
На части сердце рвётся – вот беда.
А вдруг придут дожди и холода?..
Цепляет память, никуда не деться…

*  *  *
Я видела взрослые слёзы девчушки:
Ладошки закрыли в печали глаза.
Отбросила в сторону книжки, игрушки,
Над детской головкой – ночная гроза.

Сквозь слёзы отчаянный голос чуть слышен:
- Где мамочка? Мама! Приди же скорей!
Головку в колени, сама еле дышит…
Держу на руках – что быть может больней?

Сердечко ребёнка не мстит через годы,
Его приласкали – забылась печаль.
И горе, и радость как быстрые воды –
Их время уносит, но только вот жаль,

Что плачет девчушка…
Забросила в угол дела и игрушки. 

К ТЕРАКТУ В ВОЛГОГРАДЕ*
             - Папочка, ты едешь в Волгоград?
              - Да, моё сокровище!
              - А медвежонка привезёшь?
              - За ним и еду!

                          (Из разговора дочери с отцом)
Мишка плюшевый, славный Мишка!
Что с тобой? Почему в крови?
Из лохмотьев твои штанишки…
Где хозяин? Скорей зови!
Что ж молчишь ты? Лишь две слезинки
Из больших твоих тёмных глаз…
Жизнь разбита на половинки –
Их не склеить ничем сейчас.
Твой хозяин лежит, не дышит,
Эта кровь не твоя – его:
Он убит! Он тебя не слышит,
Не увидеть ему никого!
Ждёт дочурка тебя, Мишутка,
Папу сильного ждёт домой…
Как страшна та минута-минутка,
Ты представь, что не плач, а вой,
Как гроза над немой округой,
Не утихнет никак она…
Не вернуть ни отца, ни друга –
Что случилось с тобой, страна?
Почему же живые бомбы
Возникают то там, то тут,
Как в крови пресловутые тромбы,
Всё покоя никак не дают.
Не проблема – штаны заштопать,
А вернуть человека как?
Нам негоже глазами хлопать
И не видеть беды сей знак…
Накануне грядущего года
Чем унять нам людскую боль?
Плясок смерти, её хороводов,
Добрый Господи, не позволь!

* * *
             Григорию Блехману
Ваша светлость души
Как тончайшее кружево:
Хоть словами пиши,
Хоть штрихом Нади Рушевой.

Обо всём, что творим,
Час ночной не печалится.
О друзьях говорим,
Чтоб в пути не отчаяться,

Для любимых поём,
Чтобы грусть улетучилась.
Далеко, но вдвоём –
Тишина не соскучилась.

А мечта как созвучие
И словам и делам.
Благо есть и Получие,
Чтоб делить пополам!

ГОРИЗОНТ
С добром открытый миру взор
Душа являет нам в дороге,
И на земле, не на тревоге,
Стоим и чувствуем простор.

Благоговея перед ним,
Мы горизонты открываем,
В пути о том не забываем,
Что ветер странствий не гоним.

*  *  *
Мощь, величие  Слова –
Нам и щит, и оплот.
Почему же мы снова
Среди топких болот?
Виноваты столетья,
Перекрёстки эпох,
Что везде лихолетье?..
Как измаялся Бог!
Вседержатель, Спаситель
Волю дал неспроста,
От людей Вдохновитель
Не желает креста.
И того, где распятым
И униженным был,
Сердцем, болью объятым,
Ничего не забыл.
И венец свой терновый
Он несёт до сих пор,
Чтобы мир в жизни новой
Не стонал среди гор,
Небо было высоким,
Не давил душу склеп,
Чтоб добром синеоким
Был и светел, и леп.
Но покой только снится:
Украина – Содом,
Окон нет, лишь глазницы…
Стыдно будет потом!
Кроме воли дан разум,
Как прожить этот век.
Против зла и заразы
Встань на бой, Человек!

*  *  *
Какое это счастье – жить
Под солнцем спелым,
И росною травою быть,
И