Писать надо связно. Даже о сложном. Даже о переусложненном. С булгаковскими аллюзиями и проекциями историческими мы давно разобрались - но раз уж автор отсылается к обращениям Булгакова к читателю, то в этом же и большой минус романа МиМ. Просвещённым литераторам известно, что когда писатель вклинивается в повествование со своим комментарием, он неизбежно отстраняет читателя, отдаляет его от полотна, на котором живописует. Если это не повествование от первого лица, понятное дело и не исповедальный жанр. Между рассказом
и читателем вдруг появляется посредник, который пытается что-то объяснить...
Это не было зазорным у литераторов прежних веков - скажем 18-19-го, но у них и темпоритмика была иная, и само понимание жанровой специфики.
Это очень хорошо объясняли наши советские литературоведы - например, Левидов, и они были правы.
Это серьёзный просчёт Булгакова, это портит его роман, как бы вносит этакий "момент несварения". Когда читаешь МиМ и вдруг наталкиваешься на присутствие автора как прямого комментатора и толкователя - то просто кожей чуешь, как рвётся повествовательная ткань и на глазах скучнеют все булгаковские заморочки...
Ну, а любовь художника и преданной женщины - одна из центральных тем в литературе. Жалко, что сам Булгаков бросал преданных женщин, отдававших ему всё без остатка... Но это, впрочем, тоже отдельная тема для мастеров литературоведения... |