| Анатолий Головкин | 11.06.26 19:59 |
| Я лично не согласен с высказываниями Андрея Тимофеева в его комментариях: «Мединский это власть, он действует, как чиновник высокого уровня… Он же не может организацией мероприятий заниматься, это не его задача».
Именно он, Мединский, и только он по своей должности просто обязан через свои структуры вести основные направления работы, давать поручения, контролировать и спрашивать с исполнителей. Форм и направлений работы СПР достаточно: творческие встречи и мероприятия с читателями в разных форматах; популяризация любыми способами книг и чтения; более широкое медийное пространство для продвижения творчества авторов; участие в разных международных проектах и популяризация русской литературы, как в своей стране, так и за ее пределами. И еще много-много чего, но без личной активности руководителя СПР дело с мертвой точки не двинется, сейчас пока мы видим по-прежнему лишь представительские функции руководства СПР, и практически никакой организационной работы по продвижению русской литературы. |
| Михаил Игоревич Коваленко | 10.06.26 17:55 |
| Что делать литератору в кризисной ситуации?
Если кризис острый и перспективы мрачные? Попытаться, немного успокоившись, и сочинить шедевр (впрочем, сойдёт и нешедевр) Спокойно посмотреть на ситуацию со стороны, транспективно. Империи не вечны и они ещё и деградируют, когда приходит срок. И тогда голова воняет, колени гнутся, правая рука кромсает ножом левую, а левая тычет заточкой правую...Бывает, что и сотни лет... Что делать имперцам без империи? Биться за свою правду, коли есть силы. Или доживать свой век достойно (в любом возрасте) И уразуметь, что ныне культура едет в обозе, ею пожертвуют первой. Даже если к власти придут подполковники. Слава России! |
| Андрей Тимофеев | 10.06.26 11:24 |
| Мединский это власть, он действует как чиновник высокого уровня. Субсидия в организацию пришла? Да. Здания передали? Да. Административное давление в регионах осуществили? Где-то уже даже появились ставки и региональное финансирование? Да. На стратегическом уровне Мединский сформулировал: консолидация, переаттестация. Он же не может организацией мероприятий заниматься, это не его задача.
Проблема в том, что те, кто поставлен реализовывать, ничего не понимают ни в литературе, ни в культуре. Они не знают, кто такой Долматовский. Судят современных писателей по близости к власти или по тиражам. Относятся к нам как индейцам. У них нет задачи создать национальный литературный процесс. Задача наспех слепить лакированный симулякр и отчитаться. На этом фоне даже Шаргунов выглядит прилично. Но его максимум мы знаем – это АСПИР. Ценностно-беззубая и неэффективная. Вы как порядочный человек помните добро: поездку организовали, на передачу пригласили. Только это ведь и есть те самые «крохи с барского стола». Сложно освоить 300 миллионов в год и ничего полезного не сделать. Ресурсов теперь у СПР достаточно, чтобы большую национальную систему строить. Строить никто не умеет и не хочет. В итоге «меньшим злом» оказывается Шаргунов. Мы этого что ли хотели? Нас к этому вели эти восемь лет? Вы говорите - доживать. Я это понимаю. Творчески и достойно. Но нашему поколению-то что делать с этим "наследством"? Нам тоже - доживать? |
| Александр Бобров | 10.06.26 07:48 |
| Андрей, столько на нас съездов обрушилось, выборов без выбора, руководящих благодетелей и перемен, что даты и ситуации порой путаются...
А кстати, мне очень хотелось, помню, провести вечер памяти учителя Льва Ошанина в Кабардино-Балкарии, где живёт и творит мой однокашник - Муталиб Беппаев. И творческую командировку с огромной организационной поддержкой я получил от АСПИР, от Шаргунова. Такой вечер в Республиканской библиотеке отгрохали! Что получил от нового руководства СПР? - срыв традиционного вечера в ЦДЛ - "Учителя, ученики, друзья" 19 октября и попытку сорвать вечер Долматовского в Белом зале. Пока всё... Редко теперь появляюсь на ТВ, тем более на "России". Последний раз - в программе Сергея. Можно себе представить появление какого-то русского поэта в программе Мединского? Задал вопрос и сам рассмеялся. Так что наше смирение-несмирение - материя подвижная, но сегодня мало что определяющая. Помню, как один пожилой писатель мне жаловался: тут - не нужен, там - обидели. Как доживать?". Я ответил коротко: По возможности - творчески и достойно". |