Рассказ Александра Илларионовича навеял на детские воспоминания. Хорошо помню один случай летом 1954 года. Дома мне мать дала отрезанный ломоть дуранды из жмыха подсолнечных семян, с ним я пошел на улицу. Там было много девчонок и мальчишек, все готовились к какой-то игре. Среди них была моя одногодка, пятилетняя сирота Борисова Вера, мать которой умерла во время ее родов, а кто был ее отец – никто не знал. Ее мать работала в городе Ленинграде, там же родила Веру уже после войны, а ее муж погиб во время войны. Вера воспитывалась у бабушки с дедушкой до второго класса школы, со второго класса ее отправили в школу-интернат города Бежецка.
В тот день у Веры в руках был большой ломоть черного хлеба с хрустящей корочкой. Он был помазан подсолнечным маслом и посыпан солью. А у меня был кусок подсолнечного жмыха – «дуранды». То ли я с завистью посмотрел на тот кусок хлеба, то ли она что-то заметила. Подошла ко мне, разломила ломоть хлеба пополам и сказала: «Давай меняться». Я с радостью отломил ей больше половины куска дуранды, она ее есть не стала, отнесла домой.
В моей памяти тот хлеб остался для меня самым-самым вкусным хлебом на свете, которого я никогда не пробовал позднее. Не знаю почему, но вечером мне мать сказала, чтобы я больше ни у кого не брал хлеба. Такое голодное детство у меня продолжалось еще полгода, пока в дом не пришел отчим.
|