01.01.2026 г.

… И КОЛОКОЛЬЧИКОВЫЙ ЗВОН
К 90-летию со дня рождения и 55-летию гибели Николая Рубцова

Потерять поэта очень легко, но приобрести поэта очень трудно
Александр Блок

Самый студеный и бесприютный, но одновременно самый праздничный и обнадеживающий месяц в году - январь в наступившем 2026 году поклонники русской поэзии могу назвать месяцем Николая Михайловича Рубцова: 3 января исполнится  90 лет со дня его рождения, а 19 января – 55 лет со дня гибели поэта.

Но поэзия и настоящая песня, как древний и живительный жанр отечественной словесности в сегодняшней России, даже ведущей битву с нацизмом за высшие гуманитарные и нравственные смыслы – увы, не нужны ни властям, ни всевластным электронным СМИ, которые одни выходят в неоправданно долгие рождественские каникулы.  Юбилей Рубцова выпадает на первые дни разгула в безумные выходные кризисной страны, когда народ отчаянно гуляет, а федеральные телеканалы за наплывом голимой попсы и повтором старья - просто окончательно забывают про литературу, национальных творцов и святые юбилеи.

Боже мой, нельзя уже было смотреть в новогоднюю ночь (и дальше, и дальше) на сникшего и мучительно поющего Николая Расторгуева с его «Ё-комбат, ё-комбат» (специально поставили перед новогодним посланием президента Путина!), на играющего в бодрость Льва Лещенко, у которого на подпевке тяжело двигаются толстые дамы старше его, на изменившегося к худшему Стаса Михайлова, который с каким-то чёрно-красным кордебалетом сельского ДК, поёт песню румынского певца шестидесятилетней  давности – «Гитарная струна». Люди, неужели ничего нового не появляется или - только Татьяна Картукова с «полевым веночком и соловья свисточком»? В этом разливанном море пошлости, нафталина, бесталанного повтора - никакая свежая нота, подлинная поэзия в истинно народном духе не нужна. А ведь лирика творит чудеса даже на ТВ,если не Эрнст им бессменно командует!

Помню, как явилась на телеэкраны литовка Гинтаре Яутакайте. Её легкий, несмотря на тяжёлый подбородок, серебристый голос прославился на весь Советский Союз благодаря песне молодого ленинградца Александра Морозова на стихи Николая Рубцова (эти стихи ему московский друг – поэт Юрий Паркаев горячо рекомендовал) - «В горнице моей». Но дела семейные и переезд за океан оборвали карьеру Яутакайте на взлёте. Она начинала петь в маленьком литовском городке Таураге в шесть лет, потом училась в Каунасской консерватории фортепьяно и джазу, совершенствовалась в Вильнюсском университете. Красивая, образованная, со вкусом – это вам не самая высокооплачиваемая сегодня Надежда Кадышева с патлатым сыном и «окаянной любовью»…

Переломным для литовской певицы стал 1981 год. На конкурсе молодых исполнителей эстрады в Днепропетровске Гинтаре заняла первое место. А затем — исполнила трогательную песню Морозова на Николая Рубцова «В горнице моей светло…» на телефестивале «Песня года». Послушайте, во что выродилась сегодня эта программа! Например, ещё не на все песенные стихи Николая Михайловича написана музыка, но можно ли представить ныне такой дебют? Да и кто создаст соответствующую высокой лирике крылатую мелодию – неужели начисто утративший дар Игорь Крутой? Многим тогда запомнился голос Гинтаре — чистый, одухотворённый и даже манера пения с лёгким акцентом – не раздражала. Карьера стремительно пошла в гору – она и сама писала песни, и сотрудничала с оркестром Ю. Силантьева. Но достичь больших успехов на советской сцене Яутакайте не успела: в 1982 году она вышла замуж за американца и вскоре эмигрировала в США. Пробовала продолжать и там, в 1990 году Гинтаре приехала в СССР в качестве уже американской артистки, но, несмотря на профессионализм, всё было не то – чистая песенная линия прервалась…

Её под Новый год снова вспомнили в Сети, разместили фото и клипы.

Александр Орехов – откликнулся на католическое Рождество - 25 декабря:

Да, когда же настанет такое время, когда всё талантливое, что возникало на просторах бывшего СССР, будет стремиться не в Британию и США, а в Россию, потому что наша страна станет более привлекательной для талантов, чем все прочие страны?

Да причём тут - "стремиться"?  И чем же «более привлекательной»? Но главный вопрос: а что она будет петь - всякую лабуду вслед за Лободой на канале Эрнста? На Первом сразу после новогоднего – задушевного, но бессодержательного обращения президента - троица Расторгуев, Лепс, Шаман запели песню М, Матусовского и М. Блантера "На безымянной высоте". И что характерно – весь зал, особенно слушатели в военной форме с наградами – истово подхватили эту песню, хотя там в стихах «Над нами мессеры кружили», а не натовские F-35. Да, классика не устаревает, но неужели в Году защитника Отечества не появилось ни одной новой достойной песни, чтобы показать: мы можем, мы продолжаем великие традиции, мы славим сегодняшних бойцов?!

Полное вырождение - кто тогда поедет в Россию? И зачем? Хотя, судя по зажравшимся персонам и гигантским гонорарам, по скандалу с квартирой Ларисы Долиной, с её неучтённой недвижимостью - тут сегодня можно заработать не меньше, чем там... И что?

Посмотрите телепрограмму на 3 января – там есть место для Николая Рубцова, вообще – для русской песни и поэзии? По Первому вечером в тысячный раз вспоминают Фаину Раневскую, на Культуре – весть день царят Аркадий Райкин - «Люди и манекены» и Марк Захаров – я даже подумал, не юбилей ли режиссёра?  – нет 93 года, а где же 90-летие Рубцова!

Всё ограничится библиотечно-местными торжествами. К 90-летию поэта откроется обновленный музей Рубцова в Вологде. «Всего в год 90-летия со дня рождения Николая Михайловича Рубцова запланировано более 100 мероприятий во всех муниципалитетах Вологодской области», – похвастался губернатор Георгий Филимонов. Да, Русский Север помнит своего певца. Николай Михайлович Рубцов (1936–1971) родился в селе Емецк Холмогорского района Архангельской области, где есть мемориальная доска на отчем доме. Вскоре семья переехала в районный центр Няндома, где, помню, выступали мы с поэтом Валентином Устиновым. Летом военного 1941 года последовал переезд в Вологду, откуда отец Николая Рубцова был призван в армию. В 1942 году умерла мать, и шестилетний Николай оказался в детском доме в селе Николе на Толшме. 

В день рождения поэта стартует проект «Голос Рубцова» Вологодской областной универсальной библиотеки: трансляция в общественных местах видеороликов и открыток со стихами поэта. На умных остановках Вологды в течение январских праздников будут демонстрироваться слайды с самыми известными произведениями Рубцова, в автобусах и трамваях Череповца, а также в домах культуры Сокола в юбилейные дни покажут видеоролики с чтением стихов поэта артистами вологодских и череповецких театров.

Кафедра социальных коммуникаций и медиа и отечественной филологии Гуманитарного института Череповецкого государственного университета планируют провести 29-30 января VI Международную Рубцовскую научно-практическую конференцию на тему «Поэзия Н. Рубцова в контексте современности». Жаль, что не смогу поехать – постараюсь выступить онлайн.

Вспоминает поэта и Питер, где начинал поэт в компании Глеба Горбовского и Иосифа Бродского. Там есть теперь библиотека имени Н. Рубцова, которая охотно продолжает приглашать поэтов для выступления. Продолжают бить самородно-самодеятельные родники, но никакой литературно-песенной государственной политики – нет!

Георгий Судовцев на сайте День-Завтра в сотый раз провёл параллель:

«…всё-таки надо признать, что понимание, чувство Родины-России — у "непродвинутого" тихого лирика Николая Рубцова, с особым отношением и к монархии, и к православию:

Не жаль мне, не жаль мне растоптанной царской короны,
Но жаль мне, но жаль мне разрушенных белых церквей!..

— оказалось намного более глубоким и полным, чем у самых "прогрессивных" и "авангардных" его современников, включая получившего нобелевскую премию 1987 года по литературе и вместе с ней — всемирную известность Иосифа Бродского».

Господи, нашёл плоское сравнение. И с кем?

К тому же останавливает этот странный елейный посыл - ", с особым отношением и к монархии, и к православию...". Но, следует тогда добавить - и к советской власти: "Перед этим строгим сельсоветом, перед этим флагом у моста, перед всем старинным белым светом я клянусь: душа моя чиста...". Для Рубцова история Родины - неразрывна и свята в любой период!

Кстати, эту песню потрясающе пела народная артистка России Александра Стрельченко. Я пригласил её четверть века назад в жюри телевизионного конкурса. Телекомпания "Московия" провела к очередному юбилею передачу-конкурс молодых авторов-исполнителей "Венок Николаю Рубцову", в которой прозвучали лучшие песни, рожденные его музой или посвященные ему. Мы с гендиректором Александром Крутовым сомневались: соберём ли достойную программу? Я как автор-ведущий с режиссёром Катей Чумаковой (ныне покойной) записал анонс, а потом – мы ошалели от наплыва, устали отбирать и прослушивать талантливых желающих. Отличный состав подобрался – от Александра Косенкова из Мытищ («Журавли») и Оли Семёновой («Вода недвижнее стекла») до бармена в жилетке с окраины Москвы Андрея Кочалабы («Я забыл, что такое любовь»). У нас ведь не было такой огромной команды, как сегодня у того же Андрея Малахова – замучились, но выстроили и в студии 50 минут записали.  Первая часть программы вышла 3 января, вторая - 10 января, а между этими датами беспрерывно передавались песни на слова Рубцова. Почему сегодня такое невозможно, как в первый год президентства Путина?

Загадка Николая состоит в том, что, явившись на волне оттепели со своим рукописным сборником "Волны и скалы", он не отдался мнимо вольной либеральной стихии, а встал скалой в гряде классических русских поэтов. Пока Евтушенко боролся с наследниками Сталина, а Вознесенский призывал: "Уберите Ленина с денег", воспитанник детского дома, рабочий Кировского завода преодолевал пропасть, образовавшуюся между серебряным веком русской поэзии, есенинским певчим царством и медными трубами современности. Он органично и в совершенстве овладел жанром песни. Это далеко не каждому поэту даётся. Например – вот такая певчая загадка русской поэзии - перевод Лермонтова из Гейне "На севере диком стоит одиноко": он вдохновил не менее сотни композиторов, написавших музыку на эти не самые песенные вроде бы стихи.

Пел свои стихи и сам Николай Рубцов. Те, кто учился в Литинституте в 1963-1965 годах, слышали это пение в общежитии на улице Добролюбова. А ленинградский поэт Глеб Горбовский сделал первую запись на допотопном магнитофоне, которая иногда звучала в радиоэфире. Потом и северянин – критик Феликс Кузнецов сделал домашнюю запись – не совершенную, но характерную. Даже сквозь низкое качество пробивается выразительный голос поэта, его мучительная, самозабвенная мелодекламация. Невольно вспоминаются горькие строки Рубцова - ответ девочки на вопрос поэта:

"... О чем поешь?"
Малютка отвернулась
И говорит:
"Я не пою, а плачу..."

Да, вечное некрасовское: "Этот стон у нас песней зовется...".  Хотя и бесшабашные мотивы свойственны вечному скитальцу Рубцову, который вообще не смог бы прожить и до 35 лет без стойкости, веры в свое предназначение, в добрых людей родной земли. Вот "Осенняя песня", которая вызывающе перекликается с одноименным стихотворением Поля Верлена, сравнивающего себя с пропащим листом:

А последние листья
вдоль по улице гулкой
Все неслись и неслись,
выбиваясь из сил.
На меня надвигалась
темнота переулков,
И архангельскuй дождик
на меня моросил.

Это стихотворение сразу запели в Архангельске и Вологде на разные мелодии. После гибели поэта в крещенскую ночь случился просто песенный обвал на стихи Рубцова. Нет, пожалуй, такого русского актёра (подчёркиваю – русского по натуре! - от Владимира Ивашова до Александра Михайлова) исполнителя, барда, любителя авторской песни, кто бы не пел, не интерпретировал проникновенную поэзию Рубцова. Потрясающий репертуар был у нашего общего кумира – добрейшего русского баса Николая Тюрина. Следом запевала народная любимица, куда-то пропавшая Татьяна Петрова "Зимнюю песню" (музыка юриста Александра Лобзова, превозносимого Вадимом Кожиновым), а потом ей вторит Гена Заволокин уже со своей мелодией:

В этой деревне огни
                            не погашены,
Ты мне тоску не пророчь.
Светлыми звездами
                        нежно украшена
Тихая зимняя ночь.

Помню, тихой зимней ночью мы сидели в писательской Малеевке, и Стас Куняев рассказывал поседевшему красавцу Владимиру Ивашову, как читал и напевал свои стихи сам Коля – тот примчался за 100 км, чтобы выслушать друга и найти нужную интонацию для своей авторской программы. Можно себе такое представить сегодня, приложимо такое к «звезде» сериалов, получающей миллионы за халтурные съемки? Наивный вопрос.

 Вот проводит свой юбилейный вечер настоящая звезда - упомянутая Александра Стрельченко, в Зал имени Чайковского приезжает из Петербурга Александр Морозов и просит певицу спеть проголосно новую песню из рубцовского цикла:

До конца,
До тихого креста
Пусть душа
Останется чиста!

Именно эта чистота, готовность нести свой крест русского поэта и человека ("Я по-прежнему добрый, неплохой человек") сделала поэзию Рубцова духовным откровением конца XX века и простецкой песенкой для не знающего автора обывателя. Так ведь было и с поэзией Сергея Есенина – и сам напевал, и многие мурлыкали под гитару, потом уж явился Григорий Пономаренко и написал целый ряд шедевров, вошедших в сокровищницу Русской песни.

Звон заокольный и
                            окольный,
у окон, около колонн, -
я слышу звон и
                        колокольный,
И колокольчиковый звон.

В этой немного нарочито аллитерированной строфе выражена песенная суть творчества Рубцова: органичное слияние небесного и земного, гражданственного и сокровенного, трагического и детско-восторженного – того, что делает поэзию Рубцова до того родной и необходимой, что многие из его читателей, несмотря на общий спад интереса к поэзии, начинают петь стихи на свой лад, подчиняясь той музыке, которая и называется позабытым словом - гармония.

Напомним: с 1955 по 1959 год поэт проходил военную службу на Северном флоте, был матросом эсминца «Острый». В далеком от моря Тотемском музее на берегу Сухоны хранится удостоверение: «Матрос Рубцов Н.М. является классным дальномерщиком Военно-морского флота. Подпись: командир части номер такой-то...».
Да, Рубцов оказался подлинным дальномерщиком в море жизни, бурной истории, и звучащей, несмотря ни на что поэзии. 

Вверх