Елена КОЛЕСНИКОВА
(Воронеж)
ИЗ НОВОГО
Гардарика
Светлеющие крепости да храмы,
Скрываемые зеленью завес -
Гардарика небес просторных самых -
Осенний, в вырезнóй ограде, лес.
Я прежде будто их не замечала
За блеском изумрудной мельтешни,
Но, возвратясь к прохладному началу,
Откуда лета истекают дни,
Войдя под своды облетевшей арки,
Я охватила взглядом над собой
Узорность сосен, вычервленных жарко,
И солнечный берёзовый покой,
И древность стен обители молчальной,
Где тени предзакатные легки,
И зеркальце свинцовое реки,
Приложенное к берегу - туманно.
***
Луны протравленная медь -
Бóгово - Богу*!
Ветров закрученная плеть
Хлещет дорогу.
И тело чёрное её
Вздуто – рубцами,
И обмеревшие дома
Жмутся торцами.
Венцов соборных надо мной
Синие смоквы
На ветке крестозолотой -
Мёрзлые - мокнут.
И неба хлéбистая плоть
Крóшится - звёздно.
И тих - безмолвствует Господь,
Молится слёзно.
Души протравленная медь -
Богово - Богу!
Ветров закрученная плеть
Хлещет дорогу...
_____________
*Богово - Богу - «Воздатите кесарева кесареви и божия богови»
(Матф. 22:21).
За окном
В полóтнище искуснейшей зимы
Пестрится белостволие берёзок,
Завешен дом - с надвьюжной стороны,
И воздух - ненадышенно-морозок.
Стежки ветвей по небу - золоты,
Синится нить дороги долевая,
И разбегаясь, множатся следы,
Заторы на лету одолевая.
И вот уже искомканы снега,
Испит - холодным - ветер, исссмакован,
И подоспев, плывут издалека
На нищий лес - пуховые обновы.
Как легкотканны снежно бремена?...
Засумерело сонное подолье,
И тощая лоханница-луна
Стемнелый холст отбеливает солью.
***
Звёзды сбежались под крылышко лунное,
Зорька повылила варево студное -
Переполох!
Съехал на плечи платок кошенилевый*,
Утро опять задалось хлопотливое -
Смилуйся, Бог!
Простоволосая, с рыжими косами -
Зарозовелась, умытая росами,
Радость моя!
Некогда спать да возиться с баклушами -
День замесить, чтоб высок да воздушен был,
Чтобы не зря!
Шелесту листьев щепотку хорошую,
Свисту синичьего всыпать положено,
Трелей чуток.
Хлади озёрной толику немалую,
Свежий туман тонкой струйкой добавила,
Солнца желток.
Вся раскраснелась Заря моя, Зорюшка,
Ждет не дождётся, а тесто - на донышке -
Все не растёт!
Разве кадушка рассохлась, дубовая,
Дождик пролился бы - стала б как новая,
Время не ждёт.
Глядь, а квашенник*, что с прошвою бязевой,
Ветер - мошенник ворóвый, проказливый -
С неба унёс.
Зорьке покуда квашенник искала я,
Тесто из кадки моё убежало, эх!
Жалко до слёз!
_____________
*кошенилевый - ярко-красный
*квашенник - покрывало, которым покрывают тесто
***
В беззвёздной дали -
Так одинока и светла -
В лебяжьей шали
Висит печальная Луна.
Изнемогая
От нестерпимой тишины,
Совсем седая,
Скатилась наземь с вышины.
В лесу глубоком,
В уютных ёлках шерстяных
Щербатым боком
Лежит в перинах снеговых.
Из светлой пряжи,
Вощёной первою звездой,
Всё вяжет, вяжет
Убранство чаще вековой.
Под вьюжный говор,
Под ветра шумную возню,
Уснула вскоре,
Забыв про бедушку свою.
Хватились к ночи
На небе бабушки Луны -
Просили срочно
Связать рождественские сны.
***
Лес, до корней порозовев,
Встречает солнце обнаженным,
Оно, войдя в туманный неф,
Огнистым облаком холодным,
Лучась, глядит как будто сквозь
Шершавость вековечной толщи,
Мертвó стоящей вкривь и вкось
В снегу - обветренном и тощем.
И лист медяный, что прилип
К груди сосны - смолисто-свежей,
И каждой веточки изгиб
Вниманием позолочен нежным.
И белых губ и рук моих -
От стужи одеревенелых -
Коснулось солнце - и в крови
Весна запела...
Белая зима
Я в твоем распоряженье,
Белая зима!
Снег и воздух - всё в движенье,
Я лечу сама!
Озорной морозный ветер
Дарит крылья мне.
Дух мой молод, чист и светел,
Как в чудесном сне.
Стайки белые снежинок -
Словно мотыльки,
Шубки снежные рябинок
Празднично-ярки.
Льётся свет с небес холодных,
Словно дождь слепой.
Лишь в глазах твоих бездонных
Нахожу покой,
Лишь в словах твоих негромких
Слышу зов любви...
Я примчусь из стран далёких -
Только позови!
Я в твоём распоряженье,
Белая зима!
Снег и воздух - всё в движенье,
Я лечу сама!
На Введение*
Стынет введенский поздний рассвет.
- Где же ты, радость? -
- Здесь её нет.
Ввысь по ступеням, мыслью одной,
Солнце над лесом
Вознесено.
Свечкой на ели чёрной стоит -
Словно на воре
Шапка горит.
Чистого взгляда жжёт синева...
В печке, сгорая,
Стонут дрова.
Мёрзлые думки тянут к земле,
Сизые птицы -
Клюв в серебре -
Ладят над храмом синий отрез…
- Где же ты, радость? -
- Здесь!
_______________
*Праздник Введения во храм Пресвятой Богородицы
Звезда
В низеньком небе из синей фольги
Гаснут стеклянные свечки.
Слышите - сахарно тают шаги
Пряничных человечков.
Масляных глазок чернеет изюм,
Сердце - из сдобного теста,
И подсыхает изнеженный ум
В пряничных домиках тесных.
Снежно хрустит под ногами глазурь,
Солнце медово струится,
Ограждены от метелей и бурь,
Сладко безмолвствуют птицы.
Жарко на ёлках горит мишура,
Ватные дремлют овечки,
Тёплого счастья приспела пора,
Пряничные человечки!
Только за гранью витринного льда,
Мёртвым затменная блеском,
Светлоголосая - пела звезда
О чудесах Вифлеемских...
***
На лужах тает леденцовых
Оранжевый снежок,
Лечу я в скороходах новых
На службу к четверти восьмого
Со всех усталых ног.
Как жаль, что шапка-невидимка
Забыта на окне,
А то бы тихо, под сурдинку,
С резными гуслями в обнимку
Прокрасться в кабинет.
Пусть не пеняет мне Евтерпа*
Задержкой в пять минут -
Скучает парковая верба,
И в грустный цвет ночного неба
Одет сирени куст.
Вокруг - скамейки-оленята,
Окрепшие к зиме,
На спинках - солнечные пятна,
И крашен в нежно-рыжеватый
Их снежно-белый мех.
Застыли чутко у дороги,
Как будто не признав -
Виной, должно быть, взгляд мой строгий,
Гривастый воротник высокий
И полосатый шарф.
И как воспитанная гостья,
Зашедшая с утра,
В карман взяла орехов горсть я,
Лучей колючие колосья
И пригоршню тепла.
Пора... Иначе музе бедной
Я крылья застужу.
Под солнцем сказки кабинетной
Невиданной и неприметной
Волшебницей служу.
______________-
*Евтерпа - муза лирической поэзии и музыки.
***
С делами совладав невскоре
И по раздолью загрустив,
Зима на старые подворья
Свои направила пути.
А там - до белого каленья
Дороги плетью жгла метель,
И всё скрипела до затемья
В сосновые палаты дверь.
- Парчу в покои - не иначе,
Парчу и белый коленкор!
И тканей воз на тучных клячах
На княжий завалился двор...
Оделось небо в шёлк лиловый -
Ночной камзол совсем намок.
И беспристрастно, и сурово
Сквозь жёлтый щурится монокль -
На крышах - пудренные букли,
Свежа завес крахмальных гладь.
Лучинки звёзд давно потухли -
Пора бы барыньку встречать.
- Идут! - присвистнул ветер тонко -
И шапки снежные долой!
И долго дымная позёмка
Мела потом по мостовой...
Над баней, впрóчернь побелённой,
Заскоморошничал дымок,
Светло занялся просмолённый
Раздумной зорьки фитилёк.
Из тени тканый вечер - длинен,
И тесен улочки покрой,
И щедро сыпана рябина
По низу - княжеской рукой.
Зима
А как за ночь-то зима
Возвела терема
Белокаменные.
Будто чары навела,
Вкруг - узоры, письмена
Белознáменные.
Пошла ворожба -
Не белёна изба
Белым шита,
Снегом крыта -
Прихорошена.
А приступка
Мелкой крупкой
Припорошена.
А как за ночь-то зима
Исцелила меня -
Разобиженную.
Будто чары навела -
Обелила, подняла
Обездвиженную...
Пошла ворожба -
Набелó - судьба!
Шубкой с мехом,
Шуткой-смехом
Прихорошена.
Снегом свежим
Всё, что прежде -
Запорошено! |
