| |
* * *
Устою на краю ли?
Потерпи, пережди.
Начинались в июле
Обложные дожди,
Бормотал до рассвета,
Как в конце сентября,
Непутевое лето
Напоследок журя,
Подрастут соколята,
Станет осень, тиха,
И полезут маслята
Из-под мокрого мха,
И на праздничном пире
Сядет царь молодой...
Сколько радости в мире,
Не сожжённом враждой.
***
Уже проложен путь земной
Для тех, кто слышит тихий зов:
"Возьми свой крест, иди за мной,
Туда, где воздух бирюзов".
Я словно дерево ращу
И не жалею дней и сил,
Я всё равно свой мир прощу,
Хоть он прощенья не просил,
И после казней и боёв,
Перед которыми стоим,
Хочу я слушать соловьёв
Под вечным деревом Твоим.
***
Мой дед не вернулся оттуда,
Где вышел навстречу войне,
И тяжкая в сердце остуда
Упала, как снег по весне…
Так просто, без пепла и тленья,
Без слёз и цветов на гробу
Большая судьба поколенья
Его поглотила судьбу…
Мой дед удостоился чести
С земли отойти в небеса,
И титул «пропавший без вести»,
Как звон колокольный взвился…
И твёрдое мне убежденье
Из детства взросло моего,
Что есть только дата рожденья
Над именем светлым его…
***
"О народ мой, на гумне обмолоченный и обвеянный..."
(Исайя, 21.9)
Непогода за окном
Расходилась,
Вот и чарочка с вином
Пригодилась.
Нужно в землю лечь зерну,
Плотью к роду,
Всех сегодня помяну
В непогоду.
То дождило, то мело,
Слёзы, звуки,
Лёгких пальцев о стекло
Перестуки...
Там следы на берегу,
В небо нити...
Не могу я, не могу,
Не зовите...
Скачет ветер ледяной
Печенегом,
Спи, мой мальчик, за стеной
Дождь со снегом...
Будет долгий недород,
Снег снопами...
О народ мой, мой народ
Под цепами...
***
Возьму этот день на ладони,
Как камушек серого цвета,
Вода дождевая в бидоне,
Последние капельки лета…
За окнами дождик канючит,
Опять у него аритмия…
Никак меня жизнь не научит
Ухватистой хитрости змия…
Всё больше и больше немею
Под тяжестью скорбных открытий,
Всё меньше и меньше умею
Распутывать смыслы событий…
Пусть каждый по сердцу получит,
Засохнут опавшие листья…
Никак меня Бог не научит
Святой простоте бескорыстья…
И нужно подумать о многом,
И к новым обвыкнуться шрамам,
Всегда между змием и Богом,
Всегда между миром и Храмом…
***
Я хожу по земле, как в гостях,
Словно дел никаких не имею.
Треплет ветер в прохладных горстях
Нежно розовую ипомею.
Неожиданно осень пришла,
Желтизной засветилась кленовой,
И как будто черту провела
Между прожитой жизнью и новой.
И пытаясь две жизни связать,
Я гуляю по нитке тропинки,
И кому-то хочу рассказать
Про ушибы свои и запинки.
Отразившись в разъёме стекла,
Содрогнусь от нерадостной встречи…
Неожиданно осень пришла,
Обняла меня крепко за плечи.
***
Как щебечут птицы –
Радость, благодать...
На Страстной седмице
Стало холодать.
Там узка дорога,
Не сойти, скользя...
Я прошу у Бога
То, чего нельзя:
Ты взгляни на нашу
Ледяную тьму,
Дай полегче чашу
Сыну Своему,
Пусть Креста не будет –
Пожалей, любя...
Разве кто осудит,
Господи, Тебя?
Там, где всходы всходят,
Семена густы,
Сыновья уходят
На свои кресты...
Камень гробный треснет
С этих дней, минут,
Он потом воскреснет,
Но сейчас распнут...
Нынче смерть, Мария,
Жизни свет – потом...
И стоит Россия
Под Твоим Крестом.
***
Всё было так не дорого,
И книжки в рюкзаке,
И пончики из творога
В промасленном кульке,
И студии балетные,
И публика в рядах,
И полки безбилетные
В набитых поездах,
И беды пережитые,
И снимки в сундуках,
И платья перешитые
Со вставками в боках,
Доверчивость дурацкая,
Похмельная тоска,
И дружба наша братская,
Казалось - на века,
Плакаты солнцеликие,
Колонны на снегу,
Стремления великие,
Дороги сквозь тайгу,
И дети некрещеные,
И споры до темна,
И церкви, превращенный
В хранилища зерна...
И вот пред тьмою ворога -
Лишь горсть родной земли...
И стало очень дорого
Всё то, что сберегли:
Просторы наши бедные,
У Дона в поле мгла,
И песни, те, победные,
И в небе купола...
***
В небо тянется душа,
Оглянись у края!
Осень входит неспеша,
Красками играя.
Всё, что пело и цвело,
Незаметно тает,
Лето, ставши на крыло,
К лету улетает.
И из серого дымка,
Что вокруг курится,
Выйдет Русская Тоска,
Прежняя царица,
Улыбнётся в кружева
Цвета золотого,
И промолвит, что жива,
Что опять готова
Добывать мешок затей
Под живой золою,
Хоронить своих детей
С песней удалою,
Бить поклоны до зари
С плачем Манассии...
Как жестоки октябри,
Господи, в России...
|
***
Налетела ветрами зима,
Безответной молитвой молюсь,
И схожу понемногу с ума,
И ребёнком больным становлюсь.
Оголенные ночи без сна,
Только ветра удары в стекло,
И рычит где-то рядом война,
Неизбежно, и страшно, и зло.
И внутри, и снаружи бои,
И глядит ледяная луна,
Как бессонные ночи мои
Чёрным пеплом летят из окна.
***
Приди, о Господи, ко мне
Весенним солнцем поутру,
Я чай согрею на огне,
И окна темные протру,
Поют над речкой соловьи,
И не проснулся летний зной,
Я ноги вымою Твои
Водою ласковой речной,
Я повинюсь за всех людей,
Тебя распявших на земле,
За эти раны от гвоздей,
За пот кровавый на челе,
За то, что мир горит в огне,
За то, что я горю в миру...
Приди, о Господи, ко мне...
Весенним солнцем поутру.
***
Хуторок мой, хуторок,
Сто тропинок, пять дорог,
Пробежится по лиману
Неуемный ветерок.
Свадьба воли и тоски,
Косогоры да пески,
Даже самые чужие
Здесь становятся близки.
Будет солнце или тьма,
Будет лето и зима,
Кто-то жив, а кто-то умер,
Обезлюдели дома.
А когда-нибудь и я
Буду слушать соловья
Со старинного погоста,
Там, где небо в три ручья.
***
У людей изменяются лица,
Городов затухают огни...
Чтобы мы научились молиться,
Нам даны эти горькие дни.
Чтобы мы позабыли о лени,
О веселье, еде и тепле,
Чтобы падал народ на колени
В судный час на родимой земле,
Чтоб забылись и сроки, и даты,
Кроме дня, что уже начался,
Чтоб поэты, монахи, солдаты
Устремляли глаза в небеса...
Это наша беда, это с нами:
Зла и горя клубящийся ком,
И старушка, несущая знамя,
И ведьмачка с кровавым серпом,
И размятая траками каска,
И разбитая взрывами твердь...
И грядущая красная Пасха,
Крестной смертью поправшая смерть.
***
Там, за степями, за ярами,
В глубинке русской неизвестной,
Стояла женщина во храме
Перед Царицею Небесной.
Поклоны делала земные,
А стрелы сердце разрывали:
Два сына кровные родные
Друг против друга воевали.
Ей все слова казались лживы,
Одной мольбой глаза светились:
Чтоб оба сына были живы,
И оба с миром воротились.
Стучала в стены злая слякоть,
А ей все мнилось утро мая,
Как парни будут пить и плакать,
Седую мамку обнимая,
Как после будет вишен сладость,
Вздохнет народ, сады сажая,
И будет солнце, будет радость,
И свадьбы после урожая,
Как будет жить, внучат лаская,
В семье, спасеньем осененной...
И кровью плакала "Донская"
Над головой ее склоненной.
***
Города далеки,
зимний ветер гудит расставаньем,
Хорошо, если есть
где укрыться в уютном тепле...
Я живу у реки
с неразгаданным древним названьем,
Только небо вокруг,
словно ты не совсем на земле.
На речном рубеже
обрываются тропки кривые,
И хранит тишина
чьи-то песни, шаги и бои...
Здесь нас мало уже,
и с умершими вместе живые
По пасхальному дню
на погосты приходят свои.
А река как текла,
так течёт, от лучей золотая,
И расскажет она
тем, кто после пройдёт над водой,
Как красива была
эта жизнь моя, вроде простая,
В лопухах и цветах,
и в сиянье листвы молодой.
И опять соловьи
ту же райскую радость приносят:
Не для смерти живём,
только с узкой тропы не сойди...
Распинают свои,
а чужие лишь гвозди подносят,
Но ни тех, ни других -
не суди, не суди, не суди...
***
Подставьте мне плечо, святые и пророки,
И те, чей крест высок в сравнении с моим,
Пусть станут мне щитом священных гимнов строки,
От копий и мечей тогда укроюсь им.
Спасите от сетей, что сердцем прорываю,
Не дайте ослабеть на путаном пути,
Мне снится, что детей я где-то забываю,
И плачу, и кричу, и не могу найти.
Когда трубить трубе, когда умолкнут крики,
И слезные когда окончатся дожди,
Возьми нас всех к себе, о Господи Великий,
По залитой земле на небо проведи.
А там вишневый цвет, и росы золотые,
И в спутанных ветвях спивает соловей,
Там злобе места нет, а мы, как черти, злые,
И красим кровью путь, чужою и своей.
И Ты свой гнев пролей на тех, что в стенах узких
Чертили черный план, пускай идут во ад.
Но сирых пожалей, украинских и русских,
И честно разберись, в чём каждый виноват.
В Тебе ведь нету тьмы, а демоны бездарны,
И значит этот мрак, и этот смертный бой,
Чтоб выгорели мы и стали благодарны,
Как отроки, в огне спасённые Тобой.
***
Запеклись в душе слова, как на ране,
И не сплю до петухов я до третьих...
Дай мне, Боже, выносить с поля брани
Во единый лазарет тех и этих.
Чтобы свечи в лазарете горели,
Чтобы стражники стояли, крылаты,
Чтоб в глаза они друг другу смотрели,
Заключённые в пространство палаты.
Чтобы понял тот, кто взял меч не правый,
Братской кровью свою душу чернивший,
Что под Киевом сидит семиглавый
Змей поганый, христиан полонивший.
Чтобы те вдруг сокрушились, как эти,
Чтобы плакали до дна, до одышки,
Чтобы спели им донецкие дети,
Прямо с неба, про рисунок мальчишки...
Запеклись в моей душе эти грёзы,
И смешны они, конечно, и странны...
Дай мне, Боже, отирать эти слезы,
Дай мне, Боже, омывать эти раны...
***
Я не помню, какой я была,
Покрываясь весенней листвою,
И какие сияли крыла
Над зелёной моей головою.
Я не помню, как лето пришло,
Как дожди мои листья срывали,
И как радостно и тяжело
Молодые плоды созревали.
Я не помню, что был листопад,
Золотая цыганская пляска,
Бабье лето, тепло невпопад,
И последняя горькая ласка.
Я лишь помню, как въюга мела,
Как рыдала с печалью живою,
И сияли два белых крыла
Над седою моей головою...
***
Пожалей нас, Господи, пожалей,
Заплутавших, Господи, возврати,
Всех, кто темен, Господи, одолей,
Всех, кто светел, Господи, защити,
Всех, кто жаждет, Господи, напои,
Всех, кто мёрзнет, Господи, обогрей,
Все мы спали, Господи, в забытьи,
Все росли мы, Господи, как пырей,
И теперь под тучами, под войной
Где спастись нам, Господи, в темноте?
– Лишь со мной спасение, лишь со мной,
На кресте спасение, на кресте...
|
