| |
Николай РОДИОНОВ
(Ростов Великий)
Из нового
ДОБРЫЕ СЛОВА
Когда я слышу добрые слова,
Волнуюсь так, что слёзы подступают.
Таких волнений раньше не знавал.
Душа была глухая и слепая?
Наверно, всё же избалован был
Вниманием, поэтому не слышал
Тех ноток, что всегда в словах любых,
Что сыплются не свысока, но свыше.
Расстройством нервным вроде не страдал.
Теперь же удивляюсь сам, откуда
Слезливость появилась. От стыда ль
За глухоту, иль соли съел два пуда?
Хватило бы, как молвят, одного,
Чтоб быть в себе уверенным настолько,
Что, стоя… да, вот там … одной ногой,
Я мог бы возмущаться, но и только.
А я волнуюсь, слабости своей
Скрыть не могу, и даже не пытаюсь.
Сильней не стать мне, делает слабей
И прожитое, и, конечно, старость.
Я добрых слов не жду, но если вдруг
Вновь слышу, и не в свой, а в чей-то адрес,
Во мне сквозь голос неизбывных вьюг
Звенит капель, звучит печаль и радость.
7.06.26
ПОКА НЕ СТАЛ ЗАКАТОМ
Смотрю я на восход и на закат –
Они почти совсем неотличимы,
И отличать их вроде б нет причины,
Пока глаза живым огнём горят.
Но вот приходит время мрачных дней
И мыслей о восходах и закатах,
Когда уже на всё глядишь предвзято
И чувства всё бесцветней, всё скудней.
Как будто бы восход не завершён,
Как будто полз, пока не стал закатом.
А плохо это или хорошо?
Наградой ты сочтёшь или расплатой?
Прими наградой – легче думать так
О жизни без вершины, без зенита.
Пусть будет то, о чём мечтал ты, скрыто,
Как сопли, что мотал ты на кулак.
Пусть кто-то восходил и всё имел,
О чём мечтал, к чему всегда стремился,
Кому свои скрывать не надо мысли
И череду отважных лет и дел.
Пусть. Что, скажи, ты потерял, не встав
На самую высокую вершину?
Да ничего. Тебя не иссушила
Та жажда власти, что страшней креста.
И толпы не гонялись за тобой,
Чтоб на руки поднять, подбросить к небу.
Ничьим кумиром, слава Богу, не был,
Ведомый предназначенной судьбой.
Что лучше всё ж, закат или восход?
Одно пройдёт, последует другое.
Не надо ощущать себя изгоем,
И солнце над тобой опять взойдёт.
19.11.25
Я ВЕРЮ
Свободы много – ощущенья нет,
Что я, как птица вольная, свободен.
Порхал, когда трудился на заводе,
Спешил в его столовую в обед.
И пусть нелёгок был слесарный труд,
Я не томился в дружном коллективе,
Я рос, как колос на бескрайней ниве,
И верил – годы лучшие грядут.
Немало миновало разных лет.
Обещанных я так и не дождался.
Былого нет теперь иконостаса,
Былых посул, мечтаний стёрся след.
Теперь другие лики каждый день
Передо мной, другие обещанья,
Но – вдуматься – всё та же дребедень
Для тех, кто вновь на грани обнищанья.
Свободы много – можно никуда
Не выходить из дома, быть бродягой,
Воспринимать такую жизнь как благо
Или же врать, коль в этом есть нужда.
Свободен, ощущаю, от всего,
О чём всегда мечтал, к чему стремился.
Осталось лишь дать направленье мыслям:
Мол, я у Бога только был слугой.
Мне от него свобода не нужна:
Он позволяет мне сказать открыто
О том, что у свиней полно корыто,
А всё ж не могут жить без дележа.
Без грабежей и бесконечных войн
За власть, материальные богатства.
А неимущий просто в жизнь влюблён,
Грустит, но продолжает улыбаться.
26.11.25
ВНОВЬ ПОЙДУ НА ПРОГУЛКУ
Вновь пойду на прогулку, и солнце мне разум затмит,
Высекая из сердца любви запоздалые искры.
Хуже нет ничего, чем растраченный счастья лимит.
Как же быстро растратил его, как же глупо и быстро!
Всё под солнцем сияет, как прежде бывало не раз,
Ожидаемо тянется к ласковым прикосновеньям.
И сейчас не могу оторвать от прекрасного глаз,
Заглушить жаркий ток, проносящийся с дрожью по венам.
Только вот поддержать не могу слишком слабую дрожь,
Опускаю глаза, чтобы сердце напрасно не мучить.
Мне во благо прохлада, осенние ветер и дождь,
А зима, что прекрасное прячет, и осени лучше.
Эти мысли – пустое: к июльскому солнцу тянусь,
Даже если оно раздражает и лаской, и зноем.
Если даже оно навевает безмерную грусть,
Заставляет умыться слезами, как вспомню былое.
Сколько ж прелести, очарования всюду во всём,
Что я вижу, когда выхожу под июльское солнце!
Пусть зимою меня вот такой же мучительный сон
Посетит и сильней одинокое сердце забьётся.
Вновь пойду на прогулку, зачем же откладывать то,
Что мне дарит заряд пусть и слишком уж горестной жизни.
Вновь хочу ощутить тот же жаркий и сладостный ток,
Был которым когда-то весь непостижимо пронизан.
27.07.25
СУМРАК НЕ СЛУЧАЕН
День начался, но сумрак не уходит,
Вокруг лишь серо-чёрный колорит.
Наверное, красивей в преисподней,
Где нечто алым пламенем горит.
Как будто к нам летит оттуда копоть.
Или поднялся несусветный мрак
Из ада, из солдатского окопа,
Где всё ещё не поднят алый флаг.
Печален нынче лик земли российской
Пусть не во всех, а лишь в моих глазах:
Война идёт, звучат разрывы близко,
Так близко, что не слышать их нельзя.
И сумрак дня, конечно, не случаен,
И траурный земли моей наряд –
От неизбывных горя и печали,
Которым разве только дьявол рад.
Конца войне и болтовне о мире
Не видно даже в солнечные дни.
Наш коллективный враг весьма настырен,
Он, безусловно, дьяволу сродни.
Но с нами Бог, а значит, невозможно
Нас победить, каким бы ни был враг.
И если дух великих предков ожил,
Его в бойцах убить нельзя никак,
Он будет слышен в грохоте атак.
25.10.25
ДОБРЕЙШИЕ ДРУЗЬЯ
Ещё не всё утрачено, ещё
Я наслаждаюсь воздухом осенним,
Бываю красотою обольщён,
Готов общаться всюду и со всеми.
Но редки встречи с теми, кто готов
Со мной остановиться, пообщаться.
Быть может, не хватает чувств и слов?
А как же жить без этого богатства?!
Смотреть на мир, не видя красоты –
Что может быть ужаснее на свете?
Берёза тает, как свеча, смотри,
Как с нею беспощадны дождь и ветер!
Но мне и дождь и ветер в октябре
Жить не мешают, мне они приятны.
Мир, пусть и ненадолго, подобрел.
Бывало так уже неоднократно.
Но, знаю, всё вернётся: и мороз,
Окрепнув, надо мною посмеётся,
И летом сердце станет на износ
Работать, чтоб спасти меня от солнца.
Весна и осень – вот мои друзья,
Добрейшие, милейшие, я с ними
Готов души бессмертие признать,
Жить в тучах, облаках и в небе синем.
Пойду сейчас на улицу, пойду
На свой родной, на свой озёрный берег.
Там, в городском задумчивом саду,
Я вспомнить всё забытое намерен.
ВСПОМНИЛ ВКУС
Поужинал у дочери. Давненько
Я не едал таких котлет, пюре…
Потом я тихо шёл, скрипя коленкой,
В свою берлогу в стылом октябре.
А что потом случилось? Я вернулся
Туда, где, что ж, никто меня не ждёт.
И нет еды, пусть не такой же вкусной,
Но чтоб чуть-чуть порадовать живот.
Есть колбаса варёная. Не знаю,
Кто, из чего и как её слепил.
Проголодавшись, снова отрезаю
Кусочек мне неведомой стряпни.
Жую – ни вкуса прежнего, ни пользы
От колбасы, на вид – похожей всё ж.
Наверное, немало целлюлозы
Намешано в отвар из разных кож.
Что ж, пусть невкусно, но довольно сытно,
Не менее пюре, мясных котлет.
Зачем я вспомнил то, что мной забыто –
Вкус ранних и полуголодных лет?
ВЕРНУСЬ НЕ СКОРО
Ну, хватит, в город отправляюсь!
Мне надоел бетонный склеп.
Пусть и не встречу белый парус,
Но молоко куплю и хлеб.
Вернусь, пусть даже и не скоро,
Налью в стаканчик молока
И позабуду вновь про город,
Пока жую и пью пока.
Включу несносный телевизор,
Узнаю новости с фронтов.
Мне самому не бросить вызов
Врагам: к сраженьям не готов.
Не только потому, что раньше
В людей ни разу не стрелял.
Убитым, без вести пропавшим
Стать мой порыв чрезмерно мал.
Пусть не бываю вечно сытым,
Пусть вечно хмур, мрачнее туч,
Не жажду быть в поганой свите,
Сколь, дьявол, ты меня не мучь.
Сегодня дождь, и стыло, сыро,
Но я пойду и буду рад
Тому, что сердце не остыло,
Не разлюбило листопад.
И тех, кто так же смотрит с грустью
На листья в лужах под дождём
И верит: Бог грехи отпустит
Парням, с фронтов которых ждём.
МЧИТСЯ ВРЕМЯ
Не успеешь назвать что-то новым,
А оно как-то сразу в старьё
Превращается, рухнуть готово
В пропасть лет, а душа восстаёт.
Страшно мне: кто так сильно торопит
И расти, и цвести, и стареть?!
Как спастись во всемирном потопе,
Умным стать и внимательным впредь?
Бесполезно: каким бы ты умным
Ни был, власть не признает ничью
Время в этом пространстве подлунном,
Даже не потеснится ничуть.
Мчится резво, не видя, не слыша
Ничего, не любя никого.
Так ли было задумано свыше –
Нас пустить по дорожке кривой?
Как она извивается, треплет
Нервы, дарит доверчивым нам
Жить желание в бешеном темпе,
Счёт ни дням не ведя, ни годам.
Не считаясь с потерями мчимся,
Чтоб от времени вдруг не отстать,
А потом удивляемся: числа
Велики, а копилка пуста.
Ничего не смогли, не достигли,
Даже скромных не вспомнить побед.
Годы жизни в конце – как вериги,
Мчаться с ними желания нет.
6.10.25
ВЕЛИКИЙ КОД
Два-ноль-два-два – таков имеет код
Пришедший ночью к людям новый год.
Начавшийся с рождения Христа
Счёт горьких лет приятнее не стал.
Но каждый раз так радуемся мы,
Как будто нас встречает новый мир,
В котором от сумы и от тюрьмы
Все отреклись – и скрылись силы тьмы.
Нет, тот порядок в мире, что и был,
И никуда не деться от судьбы.
Она – как распорядок дня в аду,
Куда ушли друзья и я уйду.
Там наш, предполагаю, вечный дом.
Всё, чем людей пугают, обретём
И будем в состоянии понять,
Как надо жить, и жаждать жить опять.
Но все забудут в состоянье том
Великий код, назначенный Петром
Великим, укреплявшим силой Русь,
В которую я больше не вернусь.
Она другою стала: русским в ней
Жить с каждым новым годом всё трудней.
Гордимся тем, что побеждаем всех,
Но – в чьих гремит карманах наш успех?
1.01.2022
МИМО СЛЁЗ
Проехать мимо, пробежать и не заметить
Чужое горе, чьи-то слёзы, чей-то страх…
Не потому, что в голове гуляет ветер,
Не битый жизнью верхогляд и вертопрах.
Наоборот, уже настолько жизнью битый,
Что очерствел и охладел своей душой.
И всё равно она живая и болит, и
Ещё сильнее, если мимо слёз прошёл.
Не потому прошёл, что сильно чем-то занят
Или бесчувственен, безнравственен, жесток,
А потому, что горько плачущий не станет
Делиться горем, ждать, чтоб ты ему помог.
Менталитет таков, сложившийся веками:
Боль ни чужая не сражает, ни своя.
Душа, с рожденья превращаясь в твёрдый камень,
Нас вынуждает несгибаемо стоять.
И слёзы смахиваем, будто капли пота,
И снова с болью устремляем дерзкий взгляд
Вперёд, сквозь страх, поскольку верить нам охота,
Что впереди нас ожидает райский сад.
МЕЛОДРАМА
В сказках зло и в мелодрамах
Завершается добром.
Всех злодеев, мощных, рьяных,
Сказочник разит пером.
Им не оставляет шанса
От возмездья ускользнуть.
Дарит ощущенье счастья
Нам, смотрящим эту муть.
Насмотрелись, пропитались
Счастьем выдумок сполна.
Где, узнать бы хоть под старость,
Есть счастливая страна,
Где бы зло каралось так же,
Как в наивных головах,
Где бы власть тряслась над каждым,
Кто испытывает крах.
Знаю только, что злодеи
Добронравными слывут,
Утопая в кучах денег,
В славословьях верных слуг.
Мелодрама или сказка –
В утешенье беднякам,
Как для верующих – Пасха,
Устремленье к облакам.
ОПУТАН ПАУТИНОЮ
Мне написать бы светлое, весёлое,
Дарующее радость написать!
Но что-то в механизме мозга сломано –
Гуляет ветер, зимнему под стать.
Как мне теперь определить, что именно
Мне делать, если мозг мой повреждён?
Он, чувствую, – опутан паутиною,
Как будто алчной тлёй захвачен он.
Какая радость, коль пишу под музыку
Такого ветра и жующей тли?!
И ладно бы познал печали узника –
Мне годы хуже участь отвели.
Печаль моя – конечно, наваждение,
Злой силы проявление во мне.
Но как мне оказать сопротивленье ей,
Коль старость нас не делает умней?
Да, делает мудрее и спокойнее,
А мудрость – по былым годам печаль.
Чем лучше память, тем мы недовольнее
Собой, и нам утраченное жаль.
Вот эти мысли, это настроение
И проникают в каждую строку.
Быть может, всё изменят дни весенние –
Стать веселее, радостней смогу?!
МУДРОСТЬ
Мудрость – это осторожность,
От всего уход в себя.
Что вокруг? – одно и то же,
Те же призраки слепят,
В ту же тьму уводят снова
Постепенно, не спеша.
Мир, что мною обрисован,
Впрямь не стоит ни гроша.
Слух и зренье угасают,
Память тает, словно снег
В день весенний, в такт пульсару
Сердце бьётся – длится век.
Ничего не хочет мудрость
Знать, увы. Не рвётся в даль.
Резвой, звонкой помню юность.
Мчалась вдаль она одна ль?!
То же всё, что раньше было,
То, что видел, и не раз,
То, что юностью любимо.
Мир на выдумки горазд.
Но сильнее мира – время.
В этом мудрость всё ж права.
Мозг, в ущербность жизни веря,
Ценит время и слова.
НЕ ВСЁ, ЧТО МОГ
Не всё, что мог, но кое-что я сделал
Из свыше предназначенного мне,
Порою напрягая до предела
Мозг в серой предрассветной тишине.
Когда ещё не прятал месяц рожки,
Не открывало солнышко лица,
Искал и находил пути-дорожки
Ко всем предрасположенным сердцам
К любви, к сердцам, поэзии открытым
И восходящим с нею высоко
Над грешною землёй, над бренным бытом,
Где все посевы злобой посекло.
Поэзия в толпе не помещалась,
И ей пытались крылья обломать,
Но в быстрых светлых струях гасла ярость
Тех, кто предпочитает тишь да гладь.
В тех чутких струях отражались звёзды
И душ вселенских боль и благодать –
Весь мир, что первым был Поэтом создан,
А нам осталось только воспевать.
Не всё, что мог, но жив и продолжаю
Писать стихи о том, что вижу сам.
О ближних, о любви, о том, пожалуй,
Что нас и приближает к небесам.
НЕ ВСЁ ДОСТУПНО
Не всё доступно пониманью
Редакторов. Ну что ж, ну что ж…
Подсократили, поломали –
Стал стих на их миры похож.
То, что от них в стихах сокрыто,
Теперь сокрыто ото всех.
Увы, прошедшее сквозь сито
Не обеспечит мне успех.
Мы склонны все к подгонке смысла
Под представления свои
О том, что есть и будет присно, –
На том стояли и стоим.
Пишу, не согласую с теми,
Кто, может быть, издаст стихи
На всех волнующие темы,
Коль сбиты стилем неплохим.
Редакторам без выкрутасов
Стихи приятнее читать.
И без меня хватает асов
Письма, напомнят мне опять.
Не стоит вольному лелеять
Надежду миновать узду.
Как ни прекрасен белый лебедь,
Коль надо – превратят в еду.
УТЕКАЕТ ВРЕМЯ
Утекает время в Чёрную дыру,
Землю и меня туда же тащит.
Ничего с собою я не заберу
Из того, что в жизни настоящей.
Время даже память обо мне сотрёт,
Обо всём, что было и что будет.
Во вселенской бездне я живу, как крот.
Впрочем, так же – все на свете люди.
Очень мало видел, знания скудны,
А предвижу гибель, только гибель.
Вряд ли, если б длились вечно, дни весны
Мне иначе думать помогли бы.
Зеркала не надо – посмотрю в глаза
Встречных дам – становится всё ясно:
Жизнь моя прошла, и возвратить нельзя
То, с чем жить душа моя согласна.
А теперь-то что тревожит мысль мою,
Побуждает к жизни и тревожит?
Ничего, что вижу, я не узнаю,
Хоть вокруг меня одно и то же.
Что-то изменилось, видимо, в душе:
Всё ей, что ни видит, не по нраву.
Думаю о вечном, пыль стряхнув с ушей,
Слева налетавшую и справа.
Ощутил свободу – не хватает сил
Воспарить над извращенным миром.
Чувствую сегодня: он невыносим,
Даже там, где губы мажут миром.
ОТПРАВЛЮСЬ Я ТУДА
Отправлюсь я туда, где больше нет меня,
Не будет никогда, но я туда отправлюсь,
В разгар наивных лет и солнечного дня,
Где всё ещё мечта моя, мой алый парус.
Останусь там теперь, с тем бытом навсегда.
Когда очнусь, схожу за хлебом в магазин
И – снова в дальний путь, туда, где я страдал
В объятьях жарких лет и сумасшедших зим.
Но разве их сравнишь, страданья детских лет
С пришедшими сейчас им, канувшим, на смену!
Здесь нет ни сильных чувств, ни даже их примет.
Когда отправлюсь в путь, верну их непременно.
Ну что ещё могу сказать, живя в глуши
Всевышним сильно обескровленного края?
Что я могу найти в глуши своей души,
В которой чувства тихо гаснут, догорая?
Отправлюсь я туда, где всё уже мертво,
Осталось лишь в мозгу картинкой разноцветной,
Поблекшим снимком, сном из детства моего,
Мельканием былых закатов и рассветов.
НЕРАЗБЕРИХА
Первомай, приветствую тебя!
На душе безоблачно и тихо.
Вспоминаю девушек, ребят –
С той же в голове неразберихой.
Потому и тихо и светло,
Что осталось в памяти немного
Жизни той, в которой повезло
Мне пройти нелёгкою дорогой.
И невзгоды все преодолел,
И преграды (было их немало),
Выделил одно из многих дел,
И оно судьбой моею стало.
Вспоминаю молодость свою.
Счастлив был ли я тогда? Конечно!
Именно в тогдашнем виде грешном
Вновь перед собой и предстаю.
Оживляет память Первомай,
Оживляет сладостные чувства.
Снова за своей любовью мчусь я,
А она мне вновь: «Не приставай!»
«Как же так! ведь я тебя люблю!
Без тебя умру в тоске глубокой!..»
Вот бы умереть в таком пылу,
Пораженным тем весенним током!
НИЧТО НЕ ВЕЧНО
Это время утихнет, осядет
Мягким илом на тёмное дно,
Не почувствуют дикой досады
Новый день и кто с ним заодно.
Кто-то вспомнит о войнах, о славных
Полководцах, поэтах, пока
Ил не станет прочнее, чем скалы,
Письмена не проглотят века.
Всё утихнет, и звёзды погаснут,
Чтобы вновь загореться и стать
Маяками в штормящей, опасной
Жизни в новых веках и местах.
Снова будут вести полководцы
К славе воинов, ищущих смерть.
Сколько пролито крови, прольётся,
Если с Божьих высот посмотреть!
Вот, смотрите на скалы, на камни,
На морской и прибрежный песок.
Это те, кто не думал, что канет
В бездну, даже представить не мог,
Что же сделает пошлая вечность.
Был ли, не был? – не всё ли равно!
Может, Тот, Кто будил человечность
В человеке, покинул давно
Грешный мир, строит где-нибудь новый,
Безгреховный, спокойный, святой.
Если так, – существа те бескровны,
Бессловесны, покрыты листвой.
13.05.22
В ПУЧИНЕ СТОЛЕТИЙ
Как можно не видеть, не слышать, не знать,
Что правит безумье.
Наверное, нет в мире большего зла –
Мир будто бы умер.
Он кровью исходит, от боли кричит,
Кончаются силы.
А рядом спокойно живут палачи.
И мы вместе с ними.
И весело нам в окруженье шутов,
Девиц голопузых.
Вы к смерти готовы? А я не готов
В объятиях музы.
Евтерпа меня призывает слагать
Стихи откровенно.
О чём – ты скажи мне – твой должен слуга
Писать? О вселенной?
О той ли, что гибелью людям грозит,
О той ли, что гибнет?
О том ли, что я поселил себя в скит
И весел на дыбе?
Да нет, я живу в тёмном мире, как все,
Встречая рассветы
Бескровно на прифронтовой полосе
В пучине столетий.
10.09.25
СОРВАЛОСЬ С ЯЗЫКА
Сорвалось с языка, прозвенело в ушах,
А теперь вспоминаю и каюсь.
Что ж не сдержанна так, тороплива душа –
То восторг, то безумная ярость.
Ох, да ладно, не стоит себя упрекать
За мгновенья падений и взлётов.
Лишь в холодной душе день за днём
тишь да гладь –
Ни любить, ни дерзать неохота.
Беспокойная пусть остаётся такой,
Пусть гуляют в ней бури и штормы.
Преждевременный нужен ли сердцу покой?
Так же нужен, как вожжи и шоры.
Ну конечно же, сдержанность тоже нужна,
Контролировать нервы уменье.
Понял я, что не следует жизнь усложнять,
Да и жить нежелательно тенью.
Где та мера, что надо бы мне соблюдать,
Чтоб не рушить полезные связи?
Я не знаю, и это, наверно, беда.
Или следствие бурных фантазий?..
28.08.25
СМЫСЛ ЗЕМНОГО БЫТИЯ
Остаётся капля в море от земного бытия.
Меньше счастья, больше горя – вот такая жизнь моя.
Что жалеть, чего бояться? Но – жалею и боюсь
Потерять свои богатства: землю, воздух, жизни вкус.
Горький вкус, но будто сладкий, если то уразуметь,
Что вселенские загадки жизнь дарует, а не смерть.
Их бы щелкать, как орешки, век за веком, но, увы,
Не дано нам, людям грешным. Жизни смысл неуловим.
Быть таким, как всё живое? Родился, поел, попил,
Да и вспомнил о покое, растеряв весёлый пыл.
Вспомнил – будто знал и раньше тот же круг забот и дел,
Ощущал себя пропащим, но исчезнуть не хотел.
И уставший, и голодный, и ненужный никому
Жил, листая год за годом и отталкивая тьму.
Белым светом наслаждался и надеялся, что он
Для меня и для Пегаса моего Творцом зажжён.
И для тех, кто верит так же в бесконечность горьких лет,
Но – и лик обезображен, и былых стремлений нет
Делать новые открытья, что абсурдны и смешны,
Как старуха у корыта, нам поведавшая сны.
7.08.25 |
|
