Евгений СЕМИЧЕВ (5.11.1952 – 27.04.2026)

* * *
Приходит время мудрого прозренья.
С души спадает розовый туман.
Метафоры, эпитеты, сравненья
Покорно на второй отходят план.

Вперёд выходит простота и ясность.
Их не пугает вековая тьма.
И в слове утверждается согласность,
Как равновесье сердца и ума.

Летят на стихотворные задворки,
Пылятся по заброшенным углам
Ходульные котурны и подпорки –
Лишь до поры востребованный хлам.

И шумных машкерадов побрякушки,
И шелуха словесной суеты...
Всё к чёрту!
Остаётся только Пушкин.
И с вечностью беседует на ты.

***
Сизый месяц за млечную тучку нырнул,
И туман над рекою алеет.
Это Бог наш вселенскую стужу вдохнул
И Россию на выдохе греет.

Полыхает костром заревым небосвод
Над унылым мирским бездорожьем.
И не сгинет Россия, покуда живет
На спасительном выдохе Божьем.

Зря кликуши истошно хоронят её.
Пировать на костях не придётся.
Понапрасну клубится над ней вороньё —
Не затмить ему русское солнце.

И пребудет Россия во все времена,
Потому что на вечные лета
Светом Божьим вселенским омыта она
И дыханьем Господним согрета.

***
Когда ночь над московским Кремлём
Стелет ангелам Божьи полати,
Прилетает двуглавый орёл
И, нахохлясь, сидит у кровати.

Сиротливо он жмётся к плечу
И в две глотки протяжно вздыхает:
«Эх, соколик, давай прокачу!
Президент ничего не узнает.

Надоело висеть на гербе,
За грехи человечьи распятым,
Вот и я прилепился к тебе,
Как старшой брат ко младшему брату.

Ты, какой-никакой, всё же – свой.
Кто ещё обо мне пожалеет?
Тяжело жить с одной головой,
А с двумя и того тяжелее…»

«Не горюй! – я орлу говорю,
Заключая по-братски в объятья. –
Ни за что я тебя не корю.
Завтра снова тебе на распятье.

На Руси, на спесивой Москве,
Испокон в головах паутина.
А одна голова или две –
Это Господу Богу едино…»

***
Спит народ, как солдат на ходу,
Утомлённый в тяжёлом походе.
Сплю и я, но с народом иду.
И во сне остаюсь я в народе.

И во сне от него ни на шаг
Никуда я себя не пускаю.
Упираюсь в походный большак.
Мать-землицу ногами толкаю.

Запевалы охрипли. Храпят.
Командиром сморило истомой.
Спит народ, с головы и до пят
Убаюканный чуткою дрёмой.

Эй, взбрыкнувший во сне обормот,
Что кричишь о продажной свободе?
Видишь, спит утомлённый народ
На ходу, как солдаты в походе!

Спит служивый в строю человек.
Отдохнуть на ходу рад стараться.
Может день, может год, может век…
Боже! Дай мужикам отоспаться!

Звёзды космос вселенский коптят.
Зорьки в небо всплывают и тают.
Мародёры-шакалы не спят –
Неусыпно народ обирают.

Но не рушится воинский строй
И на милость врагам не сдаётся…
Вот народ – богатырь и герой!
Берегитесь, когда он проснётся!

***
… А росы на рассвете – капли крови
На гимнастёрках утренних полей.
И горизонт прерывист и неровен,
Как бинт, алеет в кронах тополей.

И никуда от памяти не деться.
Среди кричащей этой тишины
Всплывает солнце – огненное сердце
Солдата, не пришедшего с войны.

ЛИТЕРНЫЙ ЭШЕЛОН
Майским салютом расцвёл небосклон,
Славя весну и Победу…
Литерный в небе идёт эшелон –
Павшие воины едут.

Через разливы бурлящей весны,
Через вселенские кущи
Павшие воины едут с войны
К нашим потомкам грядущим.

Мимо крылечка родного села,
Мимо заводов и пашен
Всех их в один эшелон собрала
Память священная наша.

Сполохи мирной рассветной зари
К горним возносятся высям.
В небе весеннем парят сизари,
Как треугольники писем.

Гулом объята небесная даль
Отчей родимой округи.
Солнце надраено, словно медаль
«За боевые заслуги».

Головы воинов снежно белы,
Лица светлы и бесстрашны…
Вот они – русской Победы орлы,
Соколы Родины нашей!

Им колокольный звучит перезвон,
Славя весну и Победу.
Литерный в небе идёт эшелон –
Павшие воины едут.

К однополчанам своим боевым
Через сраженья и беды
Павшие воины в гости к живым
Едут на Праздник Победы!

ОТЦЫ И ДЕТИ
В небесах ревели истребители.
В подворотнях шастали каратели.
Ваше поколенье – победители.
Наше поколение – предатели.

С вами лозунг: «Люди, будьте бдительны!»
С нами – «Будьте, граждане, внимательны!»
И не все вы были победители,
Да и среди нас не все предатели.

Но гореть, гореть нам синим пламенем –
Общая судьба нам уготована.
И плевать мне, под которым знаменем
Русь моя безвинно замордована!

ПОЭТ
По этим ступенькам непрочным,
Ведущим на горестный свет,
По грубо сколоченным строчкам
Спускается с неба поэт.
По лестнице этой отвесной
Усталый, угрюмый, хмельной,
Присыпанный пылью небесной,
Забрызганный грязью земной.
Небритый, потертый, помятый,
Проклявший себя и свой век,
Такой никому не понятный,
Упрямый шальной человек.
Зачем ему с неба спускаться,
Пускаться в неведомый путь?
Средь добрых людей потолкаться?
Соленого горя хлебнуть?
Сидел бы на облаке млечном,
Ничем никому не мешал.
И людям о добром и вечном
Хорошие мысли внушал.
Так нет же! На лестнице шаткой —
Того и гляди упадет! —
Он машет приветливо шапкой
И с неба на землю идет.
По этим ступенькам скрипучим,
Ведущим на горестный свет —
По строчкам своим неминучим
Спускается к людям поэт!

* * *
У палачей в почёте скоморохи.
Им скомороший по сердцу елей.
Чем больше скоморохов у эпохи –
Тем времена продажней и подлей.

Мир сотрясая низкими страстями
И наизнанку вывернув штаны,
Они гремят кровавыми костями
Растерзанной, раздавленной страны.

Не блещущие ни умом, ни сердцем,
Взяв публику в паскудный оборот,
В угоду извращённым иноземцам
В туземцев превращают наш народ.

ПЕСНЯ
Шёл по улице мужик,
Песню пел.
Как душа его лежит,
Так и пел.

Он мотив перевирал,
Путал слог.
И нещадно глотку драл –
Пел, как мог.

Пел как жизнь свою сложил
Однова.
Кто-то умный доложил
По «ноль-два».

Появился «воронок»,
Весь в пыли.
Мужика свалили с ног.
Замели.

Покачнулась тишина
И, сквозя,
        прошептала:
– Ну, страна!
Спеть нельзя!

* * *
Небо начинается с земли
И восходит в космос выше крыши
Только облака и журавли
В небе проплывают ещё выше.

Плача, негодуя и смеясь,
Все мы мимоходом, ненароком
Небеса затаптываем в грязь
Всуе, забывая о высоком.

Бог, даруя разум нам и плоть,
Укрывает небом нас окрестным.
Так ещё при жизни всех Господь
Причисляет к жителям небесным.

Все мы к свету тянемся из тьмы,
Связанные высшею любовью.
Отчего же так бездушно мы.
Небосвод заляпываем кровью?

Я и сам по глупости мирской,
Как верблюд, в гордыне непристойной
С рабскою презренною тоской
Харкал на небесный свод престольный.

Всех нас выделяя из толпы,
Каждому, кто на его дороге,
Как Христос учеников стопы,
Небо омывает наши ноги.

Бог ещё на жизненном пути
Стелет небеса нам в изголовье.
…Сколько человечеству расти,
Чтобы встать над миром с небом вровень?!..

ПОДОРОЖНИК
Не обижайся, мой художник,
Такой я странный человек.
Сегодня я — печальный дождик.
А завтра — странствующий снег.
Не получаются наброски
Отнюдь не по твоей вине.
Лиловый дым от папироски
Расскажет больше обо мне.
Вредны в поэзии детали.
От них хорошего не жди.
Мой смутный облик пропитали
Снега, туманы и дожди.
Налей себе покрепче чаю,
На мир по-доброму взгляни.
Вот я и стал твоей печалью —
Меня за это не вини.
Мой опечаленный художник,
Тебе открою я секрет:
Вот этот лунный подорожник —
И есть мой истинный портрет.
Ты наложи его на рану,
Он снимет с сердца маяту.
Но помни: поздно или рано
В тебе я все же прорасту.
Лиловым дымом папироски,
Искристым облачком во сне...
Твои строптивые наброски
Еще поплачут обо мне.

* * *
Месяц плывёт молодой
Мимо окошка доверчиво…
Каждая лужа звездой
Высшей небесной увенчана.

Каждый земной водоём
Орденом высшим пожалован.
Сколько брильянтов на нём –
Бог сыпанул – не пожадовал.

В наших краях и чужих
Видел картину я схожую.
Щедрость правительств земных
Меркнет пред милостью Божию.

Реки, деревья, поля,
Не пропадём мы в безвестии.
Наша планета Земля
В Божие входит созвездие.

Где бы я ни был – везде
Жизнь принимаю с отрадою:
К Божьей представлен звезде,
Высшей отмечен наградою.

* * *
Чтоб в рифму весело сбрехнуть
И к певчей братии примкнуть,
Не надо быть поэтом.
Достаточно быть просто псом —
Грудь выгибая колесом,
Хвост вскинуть пистолетом.

Угрюмо рявкнуть на овец,
Чтобы сказали: «Вот храбрец,
Какого не видали!»
Кому-то зубы показать.
Кому-то руку облизать
И — получить медали.

Поскольку список наградной,
Как и угрюмый рык грудной —
Свидетельство таланта.
Иначе — подлые пинки,
Попреки, грязные плевки,
Побои да баланда.

Но, чтобы истину изречь,
Премногим надо пренебречь —
И славы дивным светом,
И о самом себе забыть,
И — прежде человеком быть,
А уж потом — поэтом.

* * *
Не ходите, мальчики, в поэты —
В мире горше доли не найти.
Вам еще неведомы секреты,
Что судьба готовит на пути.

Слава — слишком мутная водица.
Муза — очень вредная карга.
Не вкушайте из ее копытца —
Ни к чему вам, мальчики, рога!

Что хотите, у судьбы просите.
Много добрых тропок на Руси.
Как хотите, на земле живите.
Но в поэты — Боже упаси!

Пусть влечет поэзии лампада,
Льёт из мрака сумеречный свет.
Но туда вам, мальчики, не надо —
Ничего хорошего там нет!

Там растут болотистые кочки,
Упырями прут из-под земли.
Никогда ещё на свете строчки
До добра людей не довели.

Комментариев:

Вверх

Вверх