| |
«Обрадуюсь новому маю»
Сегодня отмечает юбилей поэт, председатель правления Омского регионального отделения Союза писателей России Валентина Юрьевна Ерофеева-Тверская.
Валентина Юрьевна – одна из самых ярких и авторитетных руководителей писательских организаций Союза писателей России. С 2006 года она возглавляет Омское отделение СП России. Омская область большая, условия работы непростые. У организации нет помещения, актив работает на голом энтузиазме – впрочем, как везде.
Но Валентина Юрьевна выстраивает связующие мосты между районами области: она организует литературные фестивали памяти известных омских литераторов. Творческие десанты едут в районы, в глубинку – туда, где благодарные читатели, соскучившиеся по живому слову, ждут этих встреч.
Валерий Николаевич Ганичев, возглавлявший Союз писателей России в самые чёрные годы, всегда прислушивался к советам Валентины Юрьевны. А она уже много лет проводит на омской земле Ганичевские чтения. Это не разовые проекты, не легковесные гранты, а настоящая многолетняя просветительская работа в регионе.
Конечно, в одиночку это не сделать. Валентина Юрьевна сумела объединить вокруг себя талантливых писателей разных поколений.
Многим, возможно, не нравятся её независимые суждения и прямые оценки. Но мне близко то, что у Валентины Юрьевны есть внутренний стержень – гордость и смелость, свойственные настоящему таланту и настоящему руководителю. Этого так не хватает современным писателям.
Вот как она сама пишет о своём характере:
Как Омску –
Иртыша вода,
Так широта
моей душе подарена.
И никакая вам
я не мадам,
Я – сибирячка,
русская,
сударыня!
Валентина Юрьевна справедливо беспокоится о будущем русской литературы. Её поколение сохранило память о выдающихся поэтах своей юности.
Союз писателей России (как прежде Союз писателей РСФСР) никогда не был богат и не располагал значительными ресурсами. В советское время журналы и заграничные поездки находились в руках Союза писателей СССР, а в постсоветские годы – у чиновников и писателей либерального круга. Но Союзу писателей России всегда была присуща особая атмосфера — чувство содружества людей, пишущих по совести, а не ради соровских грантов.
В стихотворении В.Ю. Ерофеевой-Тверской «За чаем» тревога за будущие поколения становится особенно зримой – в перечне имён ушедших поэтов. Школьники и студенты XXI века должны иметь возможность читать их стихи, а также стихи Мартынова, Глазкова, Передреева, Винокурова, Тряпкина – а не только шестидесятников. Не хватало ещё, чтобы богатейшая литература второй половины XX века в исторической перспективе была представлена только одним направлением ухватистых «эстрадных» поэтов.
ЗА ЧАЕМ
За рюмкой чая собрались поэты.
Вели весьма приватный разговор –
кем пишутся верлибры, кем сонеты…
Подогревался «чаем» вечный спор –
о глубине величий и познаний,
нужна ли современная строка…
…а за столом незримо были с нами,
кого не позабыли мы пока:
Кутилов, Ляпин, Дронников, Шипилов,
Никола Дмитриев и Юрий Кузнецов…
Так дай нам Бог,
чтоб памяти хватило
под этим небом и земным светилом
их каждого
не позабыть лицо!
Конечно же, Валентина Юрьевна – талантливый, самобытный поэт. И только талант даёт возможность различать написанное другими, отделять подлинное от случайного. Она пишет о Родине, о любви, о самом простом и одновременно сложном – с позиции «сударыни», а не «плакальщицы».
Такой жизнеутверждающей поэзии, написанной с позиции силы, сегодня не хватает. Многие поэты-мужчины уходят в ностальгическое кликушество – что ж, их работу, их служение берут на себя поэты-женщины.
***
Стану, как ветер, легка на подъём,
я-то знаю –
Не загрущу, а обрадуюсь
новому маю,
Я отдохнувшие за зиму крылья
расправлю
И поспешу к молодому ещё
многотравью!
Я не колдунья,
но помнят мужчины влюблённые
Настойку на травах – глаза мои
серо-зелёные.
Я не колдунья, но сладко
любви моей зелье…
Милый мой,
где ты?..
Ведь ты не боишься
похмелья!
С юбилеем, Валентина Юрьевна! Здоровья, новых стихотворений и новых побед!
Иван ЕРПЫЛЁВ
Валентина ЕРОФЕЕВА-ТВЕРСКАЯ
* * *
Птицы мои крылатые –
Ночи и дни.
Подарки судьбы богатые –
Коряги да пни.
Ветры мои могучие –
Радость и боль.
Где, за какою кручею
Бродит любовь?
Грёзы ли, наваждения
Стынут в глазах?
Со дня своего рождения
Тоскую о небесах…
Запев из поэмы «Тихие улочки детства»
Вроде хвастаться мне нечем...
Без родни в пятнадцать лет.
Разве только русской печкой,
где готовила обед,
милым домом, серой кошкой,
чёрной Жулькой в конуре,
в синих ставенках окошком,
огородом во дворе,
где и яблоня, и груша
по весне цвели всегда...
В те года меня Валюшей
звать не звали никогда.
– Горемыка, сиротина, –
часто слышала я вслед.
Очень редко:
– Валентина, –
окликал хромой сосед.
Сердобольные мамаши
мне несли кто соль, кто хлеб...
Всех роднёй считала нашей
в те свои пятнадцать лет.
Я обид не накопила,
недругов не завела...
Удивительная сила
мне завещана была
старым домом, русской печкой
и теплом соседских душ,
чтобы жить по-человечьи
я могла без горьких дум.
Под иконой гаснет свечка,
Золотятся образа…
Господи, даруй им вечность,
дай покой на небесах!
* * *
Незабвенное детство –
Мир желаний и грёз.
Мне достались в наследство
Стылость русских берёз,
Гонор зимнего ветра,
Шаловливость проказ,
Косы русого цвета,
Серость дедовых глаз.
Пусть лукавинка дремлет
В уголках моих губ.
Я пророчеством древним
Согреваться могу –
В нём я черпаю силы
Для любви и добра...
Из загадок России
И меня не убрать.
* * *
Моя тоска не в меру гордая,
Непроходящая тоска.
Домов уснувших крыши горбятся.
Звезда манящая близка…
Возьму её в ладони – колется,
Лукаво светится в ночи.
А там, за дальнею околицей
В дремотной неге лес молчит.
Тоска со мной шаги печатает…
Быть может, день прошёл не так?!
Тоска – тоской, печаль – печалями.
Звезда!..
Летит… –
Небесный знак.
* * *
Памяти Аркадия Кутилова
Молчи звезда, не накликай беды,
Твой свет дошёл, а ты давно остыла.
Крыло метели, словно белый дым,
Дома, и лужи, и мосты накрыло.
Тревожна ночь в мерцании твоём.
Кружатся сны, окутанные белым.
Глядит луна задумчиво в проём,
А там, за этим рамочным пределом,
Распахнут мир полёту и мечте, –
С метельной песней хочет сердце слиться,
Послать надежду молодой звезде,
Зажечь свечу и Богу помолиться.
* * *
Окуривай, черёмуха,
Владей,
Коснись дымком
Всех уголков заветных!
Пусть в мареве твоём
Растает день…
Черёмух дым –
Запреты и ответы,
Причём всегда –
Под майский холодок.
Прислушайся,
Тебе нашепчут ветры,
Летящие за сотни
Километров, –
Как восхваляет сакуру
Восток…
Но нет нежнее запаха,
Чем этот,
Что наполняет души
Ясным светом,
Любой российский
Дальний уголок!
Окуривай, черёмуха!
Иных –
Томи желаньем
Несоизмеримым…
Ни у Парижа нет,
И ни у Рима,
Летящих дней –
Как облако, паримых,
Черёмухово-белых
И хмельных.
* * *
Расплывается в лужах, не тонет заря.
Голосами нестройными птицы запели.
Улыбаюсь. Смущаюсь. А может не зря,
Часто я вспоминаю о прежнем апреле?!
Светлый, солнечный март мельтешит за окном,
И ветра голосисты, что чудо-свирели!
Нет, не зябко, – по снегу пойти босиком,
По проталинам чёрным к былому апрелю,
Легкокрылое счастье торопко ловить,
Словно синюю птицу с шелков полушалка…
Отрешённо-далёкое счастье любить
Отрешённо…
Далёкое…
Жалко…
Как жалко…
* * *
Бегут по лужам тополя,
Бегут – не тонут.
Как просыпается земля –
С весенним стоном!
И просыпается любовь –
Полна всесилья.
Я замечаю за собой –
Полёт без крыльев.
Любовь способна окрылять:
Лишь взмах – и в сини…
Бегут по лужам тополя,
И я за ними.
* * *
На ужин я картошку вяло чищу,
А утром чищу перья на работу.
Сквозняк в душе, сквозняк по дому свищет,
Душою трудно угадать погоду.
Мой старый клён, любитель тяжко охать,
Собрал в горсти дождя тугие капли.
Осенних дней сгустилась сочно охра,
В ней зелень – то ль сомненья, то ли крап ли?
Надеждами пестрят цветы и листья,
Вдыхаю ароматы и сомненья.
Как обновленью – быть дождю и литься,
И не страшусь к нему сдаваться в плен я.
* * *
Я уезжала в электричке
от Павелецкого вокзала
И наблюдала, как на небе
звезда таинственно мерцала.
Окно вагонное светилось,
звезду держало в зазеркалье.
Дня уходящего осколки
неутомительно мелькали.
Стремись, душа, к звезде на небе,
вдвоём не будет одиноко.
Она, мигнувши, намекнула,
что сверху видно сотни окон.
За ними – грусть, за ними – радость,
а где-то, буднично и просто,
Немые сцены, ссоры, драмы –
у взрослых, стариков, подростков...
За ними – свет и обаянье,
и тысячи в любви признаний…
Там, за одним из этих окон, –
мой самый близкий,
самый дальний…
* * *
Ты не жди – мне не стать покорною,
Понапрасну твои старания.
Как гуляет сквозняк по комнатам,
Так душа моя бродит странницей.
Быть, конечно, могу покладистой –
Пироги да варенья разные,
А сама не любитель сладостей,
Даже горькую пью по праздникам.
Глубина за семью печатями.
Не разгадывай – не получится.
Под звездой родилась отчаянной –
Мне по жизни она попутчица.
Вскину голову – взгляд туманится:
Бездна неба неодолимая.
Мне покорною быть не нравится,
Больше нравится быть любимою.
* * *
Я к себе привлекала, кивала:
– Привет!
Только счастья мятежного прячется след…
– Ну, куда же ты?! –
Счастью я в спину кричу. –
Задержись ненадолго, хотя б на чуть-чуть…
…Только поезд грохочет устало в ночи:
– Не зови,
не беги,
не проси,
не кричи.
Счастье вдаль устремилось к зелёным горам,
Где лазурные волны шумят по утрам.
Чтоб под пальмовой тенью прилечь отдохнуть,
Птица-счастье немалый проделала путь…
Мне за призрачной птицею нужно ль спешить –
Умолять,
завлекать,
упрекать,
тормошить?
Пролетая, курлычут с небес журавли:
– Сколько светлых чудес у сибирской земли…
* * *
Серым гусем грусть моя
Бродит возле речки.
Тучки на небе стоят –
Заплелись в колечки.
Вниз по Омке утечёт
Тяжкая кручина,
Пусть беды не навлечёт
Тёмная пучина.
Улыбнусь да запою:
«…доля, моя доля…»
В центре города стою,
Словно среди поля.
* * *
Первый лучик неяркий…
Выйдем в тишь полусонную.
Видишь, ветви боярки
Держат в пригоршнях солнце.
Над Даниловым озером
Запах хвои томится.
И росинками оземь
Расставанье стучится.
Зорька ранняя, летняя
Темень рвёт поперёк.
Это слово последнее:
Уезжаешь? – в упрёк.
А туман – точно вата
В космах елей и сосен.
Разве я виновата,
Что предчувствую осень?
* * *
«Я осенняя женщина»
Так незаметно закончилось лето…
Вызрела, убрана рожь.
Иволгой летняя песенка спета,
В роще волненье и дрожь.
Остановлюсь на краю листопада
И провожу журавлей.
С грустью нагрянувшей вовсе нет слада,
Слада нет с песней моей.
С ней мне тоскуется, с ней и смеётся,
С ней холода нипочём.
С ветки рябиновой плавно сорвётся
Птицею лист на плечо.
Мне никогда не привыкнуть к утратам
В час при вечерней поре.
Осень уходит и манит куда-то…
Вечно бы жить в сентябре.
Валентина Юрьевна Ерофеева-Тверская родилась 1 мая 1961 года в Омске. Лишившись родителей в раннем возрасте, жила с бабушкой. У нее было обыкновенное советское детство: хорошая учеба в школе, занятия в кружках, активное участие в соревнованиях, общественной жизни класса, пионерия, комсомол… В 1987 году окончила техникум советской торговли. Затем окончила Московский коммерческий институт и юридический факультет Московского государственного университета экономики, статистики и информатики. Долгие годы проработала в Торговом центре «Омский», пройдя путь от продавца до заведующей комплексом.
Валентина Юрьевна пришла в поэзию зрелой женщиной – с судьбой, характером, сложившимися представлениями о жизни, что позволило ей быстро определить свой путь в поэзии. В. Ю. Ерофеева-Тверская училась, терпеливо выслушивала критику наставников и коллег. В 1990 году она впервые принимала участие в областном семинаре молодых литераторов. Начали появляться первые публикации в газетах и коллективных сборниках. В 1996 году была издана первая книга автора «Многоточие». В 1997 году ее приняли в Союз писателей России.
Светлая вера в жизнь, ощущение ее полноты – это основной лейтмотив творчества Ерофеевой-Тверской. Ее стихи имеют яркую женскую обаятельность и в то же время неженскую силу духа. Им присуща плавность, мелодичность звучания, песенность родной русской речи. Поэт не экспериментирует с формой, находит небанальные рифмы и свежие образы, мастерски использует фольклорные мотивы. Она говорит о себе: «Никогда стихи не сочиняю – я в каждой буковке живу».
Стихи Валентины Юрьевны обо всем, что волнует женскую душу – о любви, о человеческих чувствах, о природе. Главную тему творчества поэт определила сама: «О любви люблю писать стихи…». Лирическая героиня Валентины Юрьевны – женщина сильная и гордая, которая любит всем сердцем, готова поддержать, разделить все трудности со своим избранником. С темой любви переплетается в творчестве В. Ю. Ерофеевой-Тверской и тема Родины. В стихах поэта Родина – это не только земля предков, но и часть души. Стихи о Родине проникнуты болью, размышлениями о прошлом и будущем России.
Сегодня произведения В. Ю. Ерофеевой-Тверской публикуются в российских и международных литературно–публицистических журналах, газете «Литературная Россия», журналах «Литературный Омск» и «Сибирские огни», коллективных сборниках, антологиях хрестоматиях. Валентина Юрьевна – автор поэтических книг, изданных в Омске, Москве, Екатеринбурге, Орле. Среди них – «Потепление» (1997), «Сударыня» (2001), «Глядеть – не наглядеться в небеса» (2007), «Весна в ладонях» (2009), «Ожидание чуда» (2010), «Душа исповедальная» (2013). Песни на ее стихи вошли в музыкально-поэтический проект Л. Федорова «Созвучье нот и слов». Стихи поэта переводились на немецкий, болгарский, белорусский, якутский языки.
В 2006 году Валентина Юрьевна была избрана председателем Омской областной общественной организации Союза писателей России. Кроме того, она – секретарь правлений «Ассоциации писателей Урала», член-корреспондент «Академии поэзии», лауреат многих всероссийских и региональных премий: имени Д. Н. Мамина–Сибиряка, П. П. Ершова, А. А. Фета, Л. Н. Мартынова, В. А. Макарова. | |
