Вышла из печати книга воронежского поэта Сергея Луценко «Письмена и зёрна»^* . Подзаголовок «Стихотворения, поэмы и переводы» точно отражает структуру книги. В «Стихотворениях»  автор не даёт мне, хорошо знакомому с его творчеством читателю, ни на минуту усомниться в художественной состоятельности, зрелости мысли и чувства, лирической силе представленных на читательский суд, как говорили в старину, «пьес».

Небесные читал я письмена
Сквозь латочку берёзовой коры:
Была червём изъедена она,
Но сквозь неё сияли мне миры;

Когда же к уху приложил её,
Восстало пенье древнего древней, –
И сжалось сердце бедное моё:
Века и бездны шли и шли за ней.

И радостно и грозно здесь и там
Струятся воды и стремится свет…
Вот-вот я приложу её к устам…
Что молвлю мирозданию в ответ?

Сам поэт будто бы сомневается – «что молвлю?», но глубокий, зоркий, только ему присущий взгляд («сквозь латочку берёзовой коры»), чуткий, сердцем дарованный слух - порука тому, что сказанное «мирозданию в ответ» имеет и смысл, и вес, оно необходимо людям.

Полевые, лесные дороги светлы –
От холма до холма, от ветлы до ветлы,
От зари до зари, от огня до огня,
От печали до песни, что ищет меня…
Из ключей сокровенных, из древних пород
Полевая, лесная Россия встаёт,
Всё в глубинах срослось, высью всё сплетено,
Всё едино от века, навеки одно:
То не ветер летит с осенённых полян –
Песнь бессмертья рокочет на гуслях Боян;
То не туча идёт над вершинами гор –
Свой дозор неизбежный несёт Святогор;
То затменью грозит не дубовый размах –
Из урочищ родных тянет длань Мономах;
То не солнце встаёт над великой рекой –
Вои Невский ведёт, а вослед и Донской…
Свете! Я не один! Я вошёл в нашу рать,
Чтоб былое беречь и грядущее брать,
Чтоб заслоны ковать против пала и тьмы…
Знаю – выстоит Русь, если родичи мы!
( Не погинет вовек…)

И здесь же, рядом с речью изглубока-былинной, с эпическим дыханием,  - строки тихие, тонкие, с каким-то по-детски светлым и трогательным мироощущением:

Хожу за тридевять земель
Я от потёмок до потёмок –
И к сердцу ластится апрель,
Весёлый рыженький котёнок.

Зачем ластится? – «Чтоб рыжей лапкой разбудить / Он смог завьюженное сердце!..»  Если вдуматься, то в этих вроде бы  непритязательных, таких «простых» строках – смысл и предназначение поэзии.

В разделе «Поэмы» представлены тексты, способные удовлетворить самые разнообразные читательские вкусы.

Здесь и поражающее своей глубинной, восходящей к русскому мифу энергетикой сказание «Святогор»:

Обручился в час неведомый,
В час невиданный, неслыханный
С Матерью Землёй заплаканной
Великан Горыня огненный.
  
И тяготеющий к героическому эпосу «Азов» вовсе не кажется в этом ряду лишним:

Не спится юному царю:
В ночи недужной поминутно
Ум занят Русью непробудной…
И шепчет Пётр: «Я волны зрю!..»
  
И трагически-светлый, возвышающий любящую душу сказ «О Петре и о Февронии» влечёт читателя уже своим зачином:

В час, когда заря бездоннее,
В золотой вечерний час
О Петре и о Февронии
Начинаю тихий сказ.

Для меня стало неожиданным поэтическое повествование «Август в Каталонии» с «приглашающим» подзаголовком «Гала и Сальвадор Дали»:

– Без неё чудовищные тени
Охватили мир: безумье в нём…
И восьмидесятилетний гений
В замке закрывается своём.
...
– Полстолетья – больше, чем едины…
Где её и где моя душа? –
Он кружится, поздние картины
В сумасшедшей ярости круша.

Завершает этот раздел отнюдь не «дежурный» венок сонетов «Данте» - непростой труд, начатый поэтом ещё в 2007 – 2008 г. г. (магистрал) и завершённый совсем недавно (2021 – 2022).

Не менее богат  и разнообразен заключительный раздел «Переводы». Открывается он стихами автора, имя которого мало что скажет современному читателю. И здесь очень кстати предисловие переводчика: «Когда-то, давным-давно, жила в Петербурге феноменально одарëнная девочка – Елизавета Кульман. Было ей на земле отпущено только семнадцать лет.

… Детство Лизы прошло среди бедствий и лишений, и всë же она успела изучить одиннадцать языков, свободно говорила на восьми, сочиняла стихи на русском, итальянском, французском, и, самые значительные, искренние и сильные, посвященные родным, Богу и природе, на немецком. Стихи, которые удостоил похвалы сам великий Гëте!»

Уверен: стихи  Е. Кульман, переведённые С. Луценко, читателей не разочаруют:

Ночь, здравствуй! Для кого-то
Ты ужасов страна,
Но смысла и доверья
Ты для меня полна!
Я вижу миллионы
Миров; зовут: идëм!
Господний добрый разум
Является во всëм.
( К Ночи)

В этом разделе представлено также творчество как достаточно  хорошо знакомых нам поэтов братской Беларуси (Янка Купала, Якуб Колас, Михась Чарот, Петрусь Бровка, Юлий Таубин и другие), так и других поэтов «Славянской грозди» -  сербских, болгарских и русинских. Всё переводы сделаны уверенным, мудрым и любящим пером.
_________________

Комментариев:

Вверх