Как не вдохновиться коротким обращением Михаила Ковалева с идеей РУССКОГО ЛИТЕРАТУРНОГО ВОЗРОЖДЕНИЯ, которую и сам озвучивал однажды в подстатейном комментарии! Двумя руками за! Начну с отступления – экскурса в собственный идейный послужной, отойду на шаг от заданной им темы… 

Три десятилетия назад слуга покорный проклял Мегаполис, испиявленный пороками и соблазнами, и решил укрыться от его неправд в самой серединке Южной Сибири – в Алтайском крае. Сегодняшние молодые сказали бы «дауншифтер» - и ошиблись бы, ведь я стремился не самоустраниться из мира конкуренции больших городов, где толчки локтями в бок – привычное мироощущение, но было желание продолжить борьбу с непотребствами  столиц на другом уже уровне, из другой географии.

Ну, а Срединная Сибирь – с ее особой историей, экономическим укладом и социокультурным своеобразием осознавалась мной как регион, нравственно противолежащий растленной столице, способный оказать сопротивление химерам необуржуинства, которые он расточал в российскую глубинку с избытком. Идеализм, поверьте, неистребим и сегодня – вот разве что сместился в иные помышления…

В конце 80-х – начале 90-х в период работы редактором в Главной редакции аудиовизуальной информации Агенства печати НОВОСТИ судьба меня часто бросала в командировки по всей стране. Встречи с людьми и впечатления от увиденного давали понимание особенностей культурно-политических составляющих регионов, их внутреннего устройства, их природной самости, их глубинной сути. Увлечение писательством и публицистикой плюс наивная вера в то, что фронт противодействия визгливому воровскому обскурантизму правящего центра смещается в регионы, привели меня в середине 90-х в город Барнаул. Там жил и работал недолгие пару лет, с упоением читая между делом Ядринцева и Потанина, «областников» сибирских из XIX столетия – переосмысливая и масштабируя их мечту о культурном становлении Сибири в проект переноса в нее и самой столицы страны.

Со временем умерил свой пыл – и помышлял уже просто о переносе «центроверха российского» куда-нибудь подальше в континентальную глубь страны. Скажем, куда-то в междуречье-междугорье – от Волги к Уралу. Бегал по советам федерации, по разным непонятным фондам и представительствам, звонил избранникам народным, кое-кто из которых в те годы был и доступен к общению и готов был даже выслушать, а то и разделить мои печали идейно…

 Да речь ведь шла не только о национально-культурном переосмыслении себя, не только о структурной неспособности оппозиции противодействовать всей обширности и тяжести зла, его ядовитого ядра, пребывая в самом его эпицентре… Уже и тогда Мегаполис  метастазами впрыскивал свой «новострой», лишенный стиля и соразмерности с человеком, в ближнее Подмосковье - окончательно губя и природу самое, и собственное природное начало.

И хотя в те годы идею переноса персоны с влиянием странной не находили – но больше все же вежливо улыбались: вот ведь какой забавник… А левым в их несокрушимой кондовости было вообще не понять – хотя именно до них-то первых и хотелось донести идею, ее живительные перспективы. Свой публицистический протест начинал еще в «Дне» прохановском, потом в «Советской России» - да и много где еще…  И приписывал тогда в своей «рыбке» (где менял имена адресатов – слегка поправляя контекст), что идея-то вполне актуальна – вот только есть опасность, что ее перехватят не те – иначе, люди и силы, не имеющие коренного сродства с интересами России и вообще духовно чуждые ей…

И сегодня, когда господин Караганов гепатитно трещит на ТВ о переносе столицы России как назревшей геополитической актуальности (хотя и это, можно предположить, всего лишь пропагандистский ход), я лишь скорбно улыбаюсь про себя – как та Кассандра у греков….

Ну, а к самому концу прошлого «миллениума» мой пафос сник до идеи попроще… Это был проект сибирской газеты для московской читательской аудитории.. Пафос в общем был все тот же – но уже не столько подвижничеством сибирских «областников» навеян, сколько словами из «Привычного дела» у Белова – словами Митьки, брата главного героя: «Москва вот в нашу сторону хорошо говорит. А вот бы такое придумать, чтобы в другую сторону… Чтобы  и нас Москва слышала…»

Массового интернета у нас тогда еще не было. Идея сибирской газеты, ориентированной на Москву, на московскую читательскую аудиторию, когда вовсю проявил себя монстр, называемый «центральными СМИ», выросла из первой. С внедрением же в регионы московских пресс-эмиссаров («МК на Алтае… в Новосибирске – и далее…», «Аргументов и фактов» для регионов, филиалов «Комсомольской правды» в региональных исполнениях) росло и то самое недовольство в душе подчинением полушария глубинки, что отвечает за аналитику, о чем когда-то толковали простолюдяне беловские…

Я писал тогда: если бы такая газета выходила под эгидой «вашей организации» (органа власти, фонда и тэпэ…), это могло бы придать новую динамику отношениям центра и регионов, влить свежую струю в застоявшееся болото  московских СМИ, такое издание имело бы шансы стать в перспективе  серьезным инструментом воздействия на общественное мнение в русле глубинных исторических приоритетов страны…

Наддавал пафоса: В самом слове Сибирь для многих неравнодушных людей запечатлена идея покорения новых пространств , преодоления природных стихий, романтика поиска и трудных свершений. В нем – великие имена и великие дела. Об этом, собирая информацию по всей Сибири – и далее к Тихому океану, поднимая ее до уровня позитивных культурных и народнохозяйственных задач и привлекая талантливых журналистов, можно, нужно и давно пора рассказывать московской, как и вообще внесибирской читательской аудитории…

Последней такой попыткой было посещение РФК у метро «Кропоткинская» на Гоголевском бульваре (Российского фонда культуры, президентом которого был на ту пору Никита Михалков, а представительствовал там за него его зять – известный предприниматель и разного рода руководитель Альберт Баков, которого газеты тогда именовали «режиссерской мафией»). Однажды пришел и в РФК… Кругленький брюнет в до блеска начищенных черных ботинках, Баков снизошел и выслушал  – и даже расспросил, но больше, мне показалось, из любопытства – что это за типаж такой… и чем эта идейка вообще может быть полезна…

Пафос мой по мере лет истончался, да я и сам чувствовал, что мой безнадежный идеализм то ли дара убеждения, увы, лишен, то ли актуальности… Помнится, Лидия Андреевна Сычева, дававшая мне рекомендацию в Союз писателей, сказала (почти уже с четверть века тому): «Да не заморачивайтесь вы, Геннадий Владимирович, со своей Сибирью… Все ведь проще…»

Ну, а потом случился интернет – и все поменялось… Но только слышит ли Москва  беловских героев? Вопрос открытый – хоть и риторический, ответ на него давно всем исторически понятен… Не надо – ненужное это дело для империи…

Да – тогда, ровно тридцать лет назад это было, через три года после расстрела Ельциным нашего народовластия (под одобрительные кивки Америк и под улюлюканье самих наших центровых СМИ в мегаполисе )…  Тогда я проклял и Америку - в большой передовице в январе 96-го в «Советской России» про то, как она строила нам правительственную власть – на примере ФКЦБ,  как проклял тогда и самое продажную Москву в романе «BASTARDI DI MOSCA СВОЛОЧИ МОСКОВСКИЕ»… И отправился в глубинку, голодную и злую тогда, но все же внутренне духом спокойную. Напросился к губернатору Сурикову в Алтайский край, н поработал там недолго, всего лишь с год - так сложилось… Да, впрочем, что ей были мои проклятия, этой распутной столице? Гекубе было все по барабану…

И все же личная моя связь с Сибирью продолжается – и я десятилетиями по много раз в году наезжаю туда в попытке разобраться и в себе, и в стране, в которой родился, в ее нестроениях и настроениях. В рассказе «Литовец» (которому в этом году нашлось место на сайте «Российский писатель») описал, должно быть, и еще одну первопричину той моей далекой подвижки на восток…

С одной стороны, и жалко растраченных впустую лет и дерзновений, а с другой – это ведь все же наполняло мой внутренний мир мыслями и побуждало к действию. Будь мы поменьше – размерами со Скандинавию, так все бы давно устоялось. А то ведь и цари у нас не раз признавали, что пространства – наши главные враги. Отсюда и несвязность наша, неслитность многомерная, разрозненность, порой и дремучие идиосинкразии-заторы в мозгах, и вековые завалы в извилинах. И вроде связана страна скрепляющим хребтом – Транссибирской магистралью, а все чего-то не хватает…

Хотя и одухотворяют нередко эти наши неохватные пространства мысль залетную писательскую – но часто и туманят, и томят необозримой обширностью, незримо бременем висят в подсознании… И нехватка надлежащих сообщений и логистики – второе имя нашей несказанной пирамидальности, по Екатерине Второй – крайне медлительной в исполнении и потому «командно-административной», демократической во многом лишь в названии…

И вот уже другая идея зреет в душе много лет – кто-то скажет, маниловская, а вот и нет…

А хорошо бы было связать эти громадные пространства - где силой державного поиска освоенные, где исканием безмолвия - и еще одним великим трактом, а лучше даже  двумя… Что если проложить где-то в стороне от «транссиба»  и еще одну магистраль – монорельсовую. Исключительно пассажирскую, легкую, современную, из новых материалов созданную. Она, с одной стороны, освободит под народно-хозяйственное дело, для транзита грузов, существующую магистраль. А с другой – внесет свежие краски в картину путешествия через всю страну, да еще и с элементом левитации…

Инженерную часть оставим конструкторам – а покуда помечтаем о вариантах возможной конструкции… Через каждую сотню метров будут стоять опоры в форме буквы «А», что будут нести монорельс, а под ним будут катиться связки, скажем, из десятка легчайших вагончиков. Современное состояние вагоностроительства в стране, если судить по телесюжетам и сообщениям в прессе, остается на приличной высоте и уверенно развивается.

(Во всяком случае – не то, что было, скажем со вполне оснащенным и эффективно работавшим заводом Войтовича в Москве, одним из флагманов вагоностроения, который четверть века тому, ввиду его близости к центру столицы и 17-ти подъездных путей, агенты влияния олигархата в министерствах и банках (в общем рейдеры) непонятно как спустили вполгода в долги и драконили в частные ручки, пытаясь перевести в оптовую складскую зону… И рабочие выходили и перекрывали Шоссе энтузиастов… А сам я как корреспондент «Советской России» гонял туда дважды – и принес в руки главреду Чикину актуальный и убойный материал… по непонятной причине, увы, отложенный в долгий ящик… Чтобы дополнить экскурс, скажу что главред, принимая меня тогда в газету народного протеста, тихо  сказал: «У нас, Геннадий Владимирович, газета частная». Я же, несколько огорошенный, бодренько нашелся тогда: «Хорошо, Валентин Васильевич… частная – но честная…»)

Так вот, я просто убежден, что современное материаловедение и конструкторское дело способны сделать такие вагоны для подвесного монорельсового пути максимально легкими. И при этом теплыми, само собой, для зимней эксплуатации. Уж не знаю почему, но мнится мне, что где-то в районе Новосибирска или повыше – Томска – (i.e.в южносибирской зоне) первая часть этой большой монорельсовой дуги будет обрываться… А вторая, что пойдет из нее на Дальний Восток, будет начинаться откуда-то из Новокузнецка или Кемерова… Должен ведь быть и некий разрыв в неизмеримой монотонности этого нового транссибирского пути. Ну, а между двумя этими точками пассажиры могут сообщаться каким угодно транспортом – да хоть тем же монорельсом, но в формате «мини». Впрочем, это все условно – и за «принцип разделения» можно и не держаться.

Предвижу возражения: Да что ты выдумываешь… В Москве-то уже была монорельсовая пассажирская дорога… Была – да сплыла. И не окупалась, и технические проблемы возникали. Поэтому и бросили…

Позвольте, господа… Да – причины были. И затратное содержание с ремонтом, и низкий пассажиропоток. И сама эта идея в Москве, где полно пассажирского транспорта – а электробусы в центре и поближе к нему часто ходят почти пустые, была не очень актуальной. Скорее экзотической для нее – как и ветка была короткая, всего несколько кэмэ. Но вот есть же в Германии Вуппертальский монорельс – и существует уже потораста лет!

Да – знаменитая Вуппертальская подвесная дорога оказалась вполне жизнеспособной и перевозит пассажиров уже не первый век. И не только пассажиров. Однажды в его вагончик ради какой-то рекламы загрузили настоящего слона, который так, впрочем, испугался, что раскачал вагончик и сиганул оттуда в речку с высоты восьми метров! (Вот ведь фантазия! Вот же эти дурные, лишенные раци немцы – надо ж было додуматься до такого!) И при этом слон остался жив – во всяком случае, обошлось без значительных травм…

Так вот, этот принцип и положить в основу – ну, а конструкции опор можно дополнить вантовым принципом – чтобы развести их подальше одну от другой. Конечно же, это не XIX век, когда пролагать наземный путь можно было с минимальными затратами на деконструкцию каких-то существовавших строений. Но, думается, дело будет вполне разрешимое – и с минимальным вторжением в освоенное пространство под самим монорельсом.

Эти максимально облегченные (пассажиры и багаж) монорельсовые составчики будут двигаться на электрической тяге, а пассажиры будут любоваться окрестными видами с высоты десяти метров. А в будущем возможны и варианты. Ведь придумал же и построил полтора десятка  лет назад эксперт в области аэродинамики Рик Кавалларо свой ветромобиль, который может двигаться даже строго против ветра.  Воздушный винт наверху – прекрасный движитель. Что интересно, при движении по ветру ветромобиль способен даже и опережать этот ветер. Это не принцип паруса, а иная физика и технологическая схема. И пропеллер действует уже не по принципу ветряка, но как вентилятор, засасывая воздух и отбрасывая его назад, чем создавая дополнительную реактивную тягу.

Впрочем, оное уже суть перспектива удаленного будущего, и если кто-то из моих собратьев по несчастью в СПРм скажет, что оно уже точно поближе к маниловщине, сильно настаивать в опровержениях не стану. Возразил бы проще: Вот если бы кто-то на излете перестройки сказал бы мне, что через десять лет, уже в самом начале третьего тысячелетия, мы будем удаленно общаться с помощью карманных мобильных устройств, я бы хохотнул ему в лицо в меру приличествующей случаю ехидности…

Так что же – дело это не писательское? Что - о другом нам следует помышлять, мастерам слова, хранителям народного духа, инженерам и конструкторам человеческих душ? Да почему же нет-то? Еще какое писательское – и тем более с мыслью и заботой о РУССКОМ ЛИТЕРАТУРНОМ ВОЗРОЖДЕНИИ! (И национальный момент в названии как бы даже и вторичен – и пусть включает, скажем, и чеченское, и башкирское, и бурятское, и тэдэ…)

У самих-то нынешних узурпаторов литературной власти мало что (кроме площадных зрелищ с креаторскими эффектами и меднозвенящей патрио-патетики, да кроме помышлений о тиражах и дензнаках как мериле писательского труда) за душой-то отыщешь. А мы, члены новой писательской фракции в СП, назвавшие себя «литературным возрождением», предложим консолидацию России не на словам, не с турбореактивным bru-ha-ha, не с эффектами и аффектами, а подлинную – метафизически истинную. И наша «литературная монархомахия» вполне здоровая и в основе своей истинно творческая. Та, что на новом витке исторической спирали поспособствует преодолению несвязности и разобщенности наших огромных пространств – и проведет еще одну артерию, что свяжет потом уже и духовной энергией ее члены и органы, ее глубинные сущности.  

Ведь главное- то, конечно, для человеческой души – богатство не материальное… главное - чтобы Сибирью духовные наши богатства прирастали. И чтобы сама Сибирь не чувствовала себя отстраненной меридианами – чтобы там по-за Камнем не чувствовали замкнутости и отчуждения от столичного самовластия, чтобы наша западная часть страны мыслилась Сибири доступнее.

Не все-то нам обличать инсинуации господ Кириенок и Мединских, не все-то копаться за литературном частоколом, нас ждут и другие прорывы в гипер-пространства отечественных ойкумен, найдутся и не менее достойные вызовы времени.  Пусть нас покуда и мало в нашем РЛВ – но идея способна восполнить любую скудость и может стать материальной. Вдохновимся ею – а с нового ракурса, глядишь, и в собственно культурных наших радениях разбираться легче…

Идею, конечно же, перехватят люди цепкие и с мошной – или замолчат и похоронят заживо, если кому-то из им подобных она покажется опасным конкурентом их привычному транспортному бизнесу и порядку. Но во всяком случае мы в нашем РУССКОМ ЛИТЕРАТУРНОМ ВОЗРОЖДЕНИИ останемся ее инициаторами. Нам и этого здорового зерна хватит для врастания в родную почву…

Комментариев:

Вверх

Вверх