"КОГДА НЕ СТАЛО РОДИНЫ МОЕЙ"

8 декабря 1991 года в Вискулях под Брестом (Беларусь) президент РСФСР Борис Ельцин, президент Украины Леонид Кравчук и председатель Верховного совета Республики Беларусь Станислав Шушкевич подписали Соглашение о распаде СССР и о создании Содружества Независимых Государств (СНГ).
Этот документ вошел в историю как «Беловежское соглашение», в его преамбуле говорилось, что «Союз ССР как субъект международного права и геополитическая реальность прекращает свое существование». В тот же день Б.Ельцин доложил по телефону Дж.Бушу старшему: "Господин президент, Советского Союза больше нет!"








 

ПИСЬМО 74-х

Максим Калашников КТО ЗАЛОЖИЛ "МИНУ" ПОД СССР

Емельян Гашун ФСБ КАК ГАРАНТ РАЗВАЛА РОССИИ

Василий Смирнов ЮРИЙ АНДРОПОВ - ОРГАНИЗАТОР И ВДОХНОВИТЕЛЬ РАЗГРОМА СССР

Александр Шевякин КГБ ПРОТИВ СССР. 17 МГНОВЕНИЙ ИЗМЕНЫ

Александр Самсонов РОССИИ НЕОБХОДИМО ДЕНОНСИРОВАТЬ БЕЛОВЕЖСКИЙ ДОГОВОР И ВОССТАНОВИТЬ ЕДИНСТВО РУССКОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ

Владимир СТЕЧКИН  ЦЕНА БЕЛОВЕЖСКОГО СГОВОРА. В ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ ЖИЗНЯХ

Николай Иванов МНЕ ПОНЯТНА ТВОЯ ВЕКОВАЯ ПЕЧАЛЬ... 8 декабря - в Беловежской пуще было подписано соглашение об образовании СНГ

Вячеслав Манягин ОПЕРАЦИЯ «БЕЛЫЙ ДОМ»

Александр Евдокимов РАЗВАЛ СССР – ПРЕСТУПЛЕНИЕ БЕЗ СРОКА ДАВНОСТИ

СССР. КРАХ ИМПЕРИИ

8 ДЕКАБРЯ НЕ СТАЛО СССР

РАСПАД СССР

СССР ПРЕКРАТИЛ СВОЕ СУЩЕСТВОВАНИЕ

Татьяна Нижегородская ГРАЖДАНЕ СССР БЫЛИ БОГАЧЕ ЖИТЕЛЕЙ РОССИИ

Сигизмунд Миронин ЕСЛИ БЫ СОХРАНИЛСЯ СССР...

Сергей Мальцев СТРАНА, КОТОРУЮ МЫ ПОТЕРЯЛИ

Валерий Бухвалов ДУХОВНЫЕ ИСТОКИ СОВЕТСКОГО СОЦИАЛИЗМА

Сергей Слизников А БЫЛ ЛИ ЗАСТОЙ?

Роман Эсс ПРАВДА О ЖИЗНИ СОВЕТСКОГО НАРОДА В СССР

Василий Смирнов СТРАТЕГИЯ СТАЛИНСКОГО РЫВКА

О ФУНДАМЕНТАЛЬНОМ РАЗЛИЧИИ МЕЖДУ СССР И РОССИЕЙ, или ЧТО КОНКРЕТНО ПОТЕРЯЛИ СОВЕТСКИЕ ЛЮДИ

Сигизмунд Миронин ЕСЛИ БЫ СОХРАНИЛСЯ СССР...

ЦЕНЫ В СССР

Андрей Герасимов РОССИЯ. ИТОГИ 25 ЛЕТ НЕСОВЕТСКОЙ ВЛАСТИ

Елена Пономарёва МЕХАНИЗМЫ УНИЧТОЖЕНИЯ СССР И «ПРИНЦИП ДОМИНО»

Григорий Блехман ПОЧЕМУ МЫ ВСЁ ЧАЩЕ ВСПОМИНАЕМ О СОВЕТСКОМ СОЮЗЕ?

 

 

Татьяна Глушкова (1939-2001)
ЧАС БЕЛОВЕЖЬЯ
Когда не стало Родины моей,
я ничего об этом не слыхала:
так, Богом береженая, хворала! -
чтоб не было мне горше и больней...

Когда не стало Родины моей,
я там была, где ни крупицы света:
заслонена, отторгнута, отпета -
иль сожжена до пепельных углей.

Когда не стало Родины моей,
я шла тропою к Неземной Отчизне.
Но даже там, как на горючей тризне,
не пел волоколамский соловей...

Когда не стало Родины моей,
в ворота ада я тогда стучала:
возьми меня!.. А только бы восстала
страна моя из немощи своей.

Когда не стало Родины моей,
воспряла Смерть во всем подлунном мире,
рукой костлявой на железной лире
бряцая песнь раздора и цепей.

Когда не стало Родины моей,
Тот, кто явился к нам из Назарета,
осиротел не менее поэта
последних сроков Родины моей.

 

Николай Тряпкин(1918-1999)
ПЕСНЬ О ВЕЛИКОМ ПОХОДЕ
         Как ныне сбирается вещий Олег 
         отмстить неразумным хазарам. 
                           А. Пушкин

Итак начинаю. Время 
Приветствую светом дня. 
Я ноги обую в стремя 
Я вам подведу коня. 
На стогнах гремят витии, 
А с нами - отряды муз. 
О Русь! Купина! Россия! 
Великий Советский Союз! 

Настала пора походов, 
Каких не бывало ввек. 
В полях, на горах и водах 
Играет в трубу Олег - 
Олег не простой, а вещий, 
Сияющий бог дружин. 
Мы славим такие вещи, 
Что стоят любых былин. 

Мы любим свои базары 
И дедовских песен вязь. 
А в наши глаза хазары 
Швыряют срамную грязь. 
А в нашем Кремле хазары 
Пускают страну в распыл... 
Эгей, господа Гайдары! 
Недаром я злость копил. 

Настала пора походов, 
Каких не бывало ввек, - 
С полюдьями всех заводов, 
С разливом великих рек. 
Матросы на Чёрном море, 
Охотские моряки, 
Балтийцы стоят в дозоре, 
Готовые, как штыки. 

А в сёлах гремят витии, 
А с нами - отряды муз. 
О Русь! Купина! Россия! 
Великий Советский Союз! 
Давай же, герой наш вещий, 
Сияющий бог дружин! 
Мы знаем такие вещи, 
Что стоят любых былин... 

Держава - на полном сборе. 
Хвалынцы и тверяки. 
И песни мои в дозоре, 
Готовые, как штыки. 
1993

ВЕРБНАЯ ПЕСНЯ
За великий Советский Союз! 
За святейшее братство людское! 
О господь! Всеблагой Иисус! 
Воскреси наше счастье земное.

О Господь! Наклонись надо мной. 
Задичали мы в прорве кромешной. 
Окропи Ты нас вербной водой, 
Осени голосистой скворешней.

Не держи Ты всевышнего зла 
За срамные мои вавилоны, - 
Что срывал я Твои купола, 
Что кромсал я святые иконы!

Огради! Упаси! Защити! 
Подними из кровавых узилищ! 
Что за гной в моей старой кости, 
Что за смрад от бесовских блудилищ!

О Господь! Всеблагой Иисус! 
Воскреси мое счастье земное. 
Подними Ты мой красный Союз 
До Креста Своего аналоя.

 

Борис Примеров (1938-1995)
МОЛИТВА
Боже, который Советской державе 
Дал процвести в дивной силе и славе, 
Боже, спасавший Советы от бед, 
Боже, венчавший их громом побед. 
Боже, помилуй нас в смутные дни, 
Боже, Советскую власть нам верни!

Властью тиранов, Тобою венчанных, 
Русь возвеличилась в подвигах бранных, 
Стала могучею в мирных делах — 
Нашим на славу, врагам же на страх. 
Боже, помилуй нас в горькие дни, 
Боже, Советский Союз нам верни!

Русское имя покрылось позором, 
Царство растерзано тёмным раздором. 
Кровью залита вся наша страна. 
Боже, наш грех в том и наша вина. 
Каемся мы в эти горькие дни. 
Боже, державу былую верни!

Молим, избавь нас от искушенья 
И укажи нам пути избавленья. 
Стонет измученный грешный народ, 
Гибнет под гнётом стыда и невзгод. 
Боже, лукавого власть изжени, 
Боже, Империю нам сохрани!

 

Николай Денисов (1943-2016)
ВЕРНИТЕ!
Мартены и те заглушили,
И в каждый уезд и  улус
Коммерческих флагов нашили.
Верните Советский Союз!

Хватало и стали и бронзы,
И славы, добытой трудом.
Взорвали партийные бонзы
Страну, как  ипатьевский  дом.

И так раскурочить Россию
Хазарский  сумел  каганат, 
Что даже  с  шунтами  бессилен
Кудесник  Акчурин  Ренат.

Так пусть же войдут в кровотоки
Стальные,  как сталинский ус,
Прямого воздействия строки:
Верните Советский Союз!
1997

ЭПОХА
У меня не дом теперь - жильё.
И сума - пакет из целлофана.
Как-то  враз ушли в небытиё
Бежин  луг  и Ясная  Поляна.

Славил труд. Ославили и труд.
Красота в шипах чертополоха.
Как избрать тут праведный маршрут?
Но молчит глумливая эпоха.

Ведь пока свой проклятый табак
Я смолил над строчками, над словом,
Вновь на Русь спустили всех собак -
Наших дней  бронштейны и  свердловы.

Содрогнешься, боже сохрани:
И напор, и выучка, и стойка!
Жадной сворой кинулись они
К пирогу с начинкой - «перестройка».

Да, в струю кричат  про Соловки,
Да, правы  - нехватка ширпотреба.
И эпоха жарит шашлыки
На огне, похищенном у неба.
1990 

 

Николай Малашич (1940-2014)
СТРАНУ РАСЧЛЕНИЛИ МЕЧОМ САТАНЫ
Пытливый казах, необидчивый чукча,
Весёлый грузин и душевный бурят
Друг к другу питали прекрасные чувства…
О, как я ценил в нашем взводе ребят!

Ну как не ценить, когда все мы в заботе:
Одна у нас цель, - не пустячная цель, -
Ни в танке, ни в лодке чтоб, ни в самолёте
Никто не решился нас взять на прицел.

Кому-то застойно, кому-то застольно,
Но всем безопасно в раздольной стране.
И всё потому, что служили достойно.
Судить ту эпоху ни мне, ни тебе.

Она - отдалилась. Для многих – исчезла.
А многие после уже родились.
То – наша эпоха. Сплотить нас - умела,
Хоть ей и не крикнешь: «Ты снова вернись!»

За деньги теперь продаются отсрочки
От бед и вражды охранять матерей.
И как бы ни больно писать эти строчки,
Но нету других под рукою моей.

Кому толерантность, кому нетерпимость,
Но стоит прислушаться, - страсти бурлят, -
Покончить со злом выражают решимость
Все: чукча, грузин и казах, и бурят...

Мой взвод… Он растает в пучине столетий…
Да что там столетий! На наших глазах
Уже покрывается коркою сплетен, -
Как это ни странно, – в верхах и в низах.

Мой взвод… Только в чём бы его не винили,
Исполнил свой долг на виду у Страны,
Которую, - ведь после нас! - расчленили, -
Кто мог бы подумать? - мечом сатаны.

 

Игорь Жданов (1937-2005)
* * *
Не отмечена ничем в календаре
Вереница этих дат и этих чисел:
На моря Россия вышла при Петре,
А вернулась восвояси - при Борисе.
И теперь на всех окраинах- прогресс
По-румынски, по-литовски, - по нацистский:
Панихиды по дивизиям СС"
И порушенные наши обелиски.
И неведомо ни Польше, ни Литве,
Да и внукам победителей едва ли,
Что подонки со звездой на рукаве,
А не русские поляков убивали.
И уже им слова лишнего не кинь,
Ни намёка на великую державу:
Им запомнилась проклятая Катынь,
А не тысячи погибших за Варшаву.
Что-то сгинуло и кануло ко дну,
Может, вера в бескорыстие России?
Только вам - пути иного не дано,
Как бы вы на все лады ни голосили.
Жаль могил
и наших русских деревень,
Что остались за чертой, за перевалом+
Вами будут помыкать, кому не лень,
Так не раз уже в истории бывало.

* * *
На последнем стою рубеже -
На святых, на оплеванных плитах.
Где-то видел я это уже -
Государство ментов и бандитов.
Здесь хотела воздвигнуть дурдом
Торгашей неуемная свора,
А построила новый Содом
С муляжом золотого собора.
Шли на подвиг, а враг - попятам,
Нас лишили судьбы и удачи,
Смерть по внутренним свищет фронтам,
А на внешнем повальная сдача.
Наши танки увязли в крови,
Наши лодки нырнули в пучину,
Мы не русские, мы - "шурави",
Мы "Братки", а "братки" не мужчины.
И никто от позора не спас
Опаленное красное знамя.
Наши женщины бросили нас,
Наши дети смеются над нами.
Нас не надо молитвам учить,
Честь и совесть не выбить из генов:
Это стыдно - в сортирах "мочить"
Даже злых и неумных чеченов.
Это стыдно, пропив полстраны,
За подачкой протягивать лапу
И не знать ни вины, ни цены
Оголтелому злу и нахрапу.
Тот- на "зоне", а тот - в блиндаже,
Все в дерьме, в нищете и обиде.
Где-то видел я это уже…
Да в гробу, разумеется, видел!
Нам осталось
лишь насмерть стоять
Или просто - без смысла и позы -
Бронированный "мерс" расстрелять,
Как Ильин расстрелял "членовозы".
1990

 

Николай Дмитриев (1953-2005)
* * * 
Мне было всё дано Творцом
Без всяких проволочек;
И дом с крыльцом, и мать с отцом,
И складыванье строчек.

Россия – рядом и – в груди,
С мечтой о новом Спасе,
С тысячелетьем позади
И с вечностью в запасе.

Мне было всё дано Творцом:
И у скворечни скворчик,
И дом с крыльцом, и мать с отцом,
И складыванье строчек.

И вот теперь сказать могу
(Не за горами старость),
Что всё досталось дураку,
Всё – дураку досталось...
1997

 

Вадим Ярцев (1967–2012)
ПРОЩАНИЕ С СОЮЗОМ
Не с двушкой затёртой и ржавой –
Прощаюсь с великой державой.

«Родопи» из куртки достану
И спичек у друга стрельну.
Оплакивать больше не стану
Пропащую эту страну.

Мы сами свободу глотали
К исходу суровой зимы.
Империю мы промотали,
Пропили Отечество мы.

Теперь ничего не исправить,
Былого назад не вернуть.
Империи – вечная память,
А нам – неприкаянный путь.

Держава отчаянных Ванек,
Как птица, подстрелена влёт.
Как будто огромный «Титаник»,
Отчизна уходит под лёд.

Советский по крови и плоти,
Я слёзы сглотнул – и молчу.
Вы этой тоски не поймёте,
А я объяснять не хочу...

Александр Кердан
30 ДЕКАБРЯ 
Что кивать на державы лихое житьё, 
Если сам отступился в беде от неё? 

Ты присягу нарушил свою, офицер, 
В день, когда упразднили СССР! 

Всё иное – слова. К делу их не пришьёшь. 
Как, присягу нарушив, ты дальше живёшь: 

Ни – в петлю головой, ни – к виску револьвер, 
Вспоминая разрушенный СССР? 

Можешь дальше искать за границей врага – 
Нет того, чему в юности ты присягал. 

Можешь дальше плести об Отечестве речь – 
Нет того, что ты жизнью поклялся сберечь! 

Смалодушничал раз, честь свою погубя, 
Потерял и Советский Союз, и себя. 
2006 

 

Владимир Скиф
ВЗЯТИЕ КРЕМЛЯ
Я чуял, знал, что варвары нагрянут,
Для них Москва была,
                             как тульский пряник
С её дворцами и её Кремлём.
Они не только душу ей изранят,
Не просто древний город испоганят,
А будут рвать и жечь Москву огнём.

И варвары пробили крепь оплота,
Они вошли в Кремлёвские ворота,
Где раздавался колокольный звон.
Они громили отчие красоты,
Они кромсали вечные высоты,
Был даже воздух ими взят в полон.

И вид Кремля вдруг оказался страшен:
Горело небо.
                      С раскалённых башен
Рубиновые звёзды вниз текли.
Иван Великий был обезображен,
Он, как кострище, покрывался сажей,
И варвары царь-пушку волокли.

Был даже полк засáдный уничтожен,
А на Москве правитель
                                       с пьяной рожей
В Нью-Йорк звонил о взятии Кремля.
И посреди глухих многоэтажек
Дымился кровью даже Сивцев Вражек,
И Сталина – почуяла земля.

Он шёл легко вдоль Старого Арбата
Незыблемою поступью солдата,
Минуя Храм Спасителя Христа.
Великий призрак, для врагов расплата,
И на груди его горела свято,
Ещё никем не взятая звезда! 

РУССКИЙ ВОЛК
Кривляется власть и торчит в телевизоре долго,
Пытается власть – воровские законы блюсти.
Я чую чутьём недобитого русского волка:
Нам надо себя в разорённой России спасти.

Сегодня страны, как великой державы, не стало…
Но мы-то – народ!? Или мы никакой не народ?
Поднимем на бой,
                       как тогда, в сорок первом, заставы,
Чтоб Русь удержать, совершая крутой поворот.

Мы молча глядим, как жиреет несносное племя
Воров и бандюг, олигархов и крыс из Кремля.
Давайте засеем любви благородное семя,
И вновь возродим опустевшие наши поля.

Мы долго готовимся, целимся мрачно и долго
В кривые ухмылки и в чёрную пагубу дней.
Не надо травить благородного русского волка,
Затравленный, он станет яростней,
                                                         злей и страшней.

 

Светлана Сырнева
ПРОПИСИ
        Д. П. Ильину 
Помню, осень стоит неминучая,
восемь лет мне, и за руку – мама:
«Наша Родина – самая лучшая
и богатая самая».  
В пеших далях – деревья корявые,
дождь то в щеку, то в спину.
И в мои сапожонки дырявые
заливается глина.  
Образ детства навеки —
как мы входим в село на болоте.
Вот и церковь с разрушенным верхом,
вся в грачином помете.  
Лавка низкая керосинная
на минуту укроет от ветра.
«Наша Родина самая сильная,
наша Родина – самая светлая».  
Нас возьмет грузовик попутный,
по дороге ползущий юзом,
и опустится небо мутное
к нам в дощатый гремучий кузов.  
И споет во все хилые ребра
октябрятский мой класс бритолобый:
«Наша Родина самая вольная,
наша Родина – самая добрая».  
Из чего я росла-прозревала,
что сквозь сон розовело?
Скажут: обворовала
безрассудная вера!
 
Ты горька, как осина,
но превыше и лести, и срама —
моя Родина, самая сильная
и богатая самая. 
1987

ГИБЕЛЬ ТИТАНИКА
       Ларисе Барановой-Гонченко 
В зыбучую глубь, в бездонную хлябь
уводит сия стезя.
Не надо строить такой корабль
и плавать на нем нельзя!
 
Но вспомни, как сердце твое рвалось
и кровь играла смелей:
гигант свободы, стальной колосс,
он сходит со стапелей!
 
Творенье воли, венец ума,
невиданных сил оплот.
И дрогнет пред ним природа сама,
и время с ума сойдет.
 
В далекую даль, к свободной земле,
связавшись в один союз,
мы тоже шли на таком корабле —
грузин, казах, белорус.
 
В опасный час, на том рубеже
спастись бы хватило сил —
но кто-то черный тогда уже
по трюмам нас разделил.
 
Ты вспомни, как бились мы взаперти —
все те, кто был обречен,
кто вынужден был в пучину уйти,
предсмертный выбросив стон.
 
Заклятье шло из воды морской,
сдавившей дверной проем:
«Пусть будет проклят корабль такой!
Зачем мы плыли на нем?!»
 
Ты вспомни: выжил тот, кто не ныл
забвения не искал,
кто переборки наспех рубил
и на воду их спускал.
 
Кто на обломках приплыл к земле
и там из последних сил
своих находил, согревал в тепле
и заново жить учил,
 
и кто вписал окрепшей рукой
в дневнике потайном:
«Надо строить корабль такой
и надо плавать на нем!»
2004

 

Михаил Грозовский
* * *
В котле гигантском, недохристианском,
на коммунальном медленном огне
варился я...
     Вбирая гул пространства,
империя сопутствовала мне.

Я влился в хор, хоть был рожден для соло,
и в пряной гуще братства и любви
всю крутизну кипящего рассола
впитали поры бренные мои.

Я схвачен был эпохою тотальной,
но верил в самой тайной глубине
своей фатальной, экспериментальной,
умом, увы, не понятой стране.

Я растворился в голосе народа,
когда снаружи инобытиё
пришло из телемусоропровода
и расстреляло прошлое моё.

И вот я стал солистом поневоле.
Изобретая будущность свою,
я сам себе выдумываю роли
и в переходах нищим подаю.

Мои года на ниточке повисли,
и что там нынче варится в котле
душа не ведает... 
       Ну а бездушной мысли
и без меня хватает на земле... 

 

Николай Зиновьев
* * *
У карты бывшего Союза,
С обвальным грохотом в груди
Стою. Не плачу, не молюсь я,
А просто нету сил уйти.

Я глажу горы, глажу реки,
Касаюсь пальцами морей.
Как будто закрываю веки
Несчастной Родине моей...

ИЗ ДЕТСТВА
Воды и солнца тут без меры,
А сколько песен под баян
Здесь спето нами, пионерами -
Детьми рабочих и крестьян!

Поем о Родине могучей,
О добрых, доблестных делах.
И развевается над кручей
Родной с рожденья красный флаг.

В жару лежим ничком под тентом,
Бросаем камешки в овраг,
И точно знаем: президентом
Быть может враг, и только враг.

ПАМЯТЬ
Стояла летняя жара.
И мама жарила котлеты.
И я вершил свои «дела» –
Пускай кораблик из газеты.

И песня русская лилась.
Из репродуктора в прихожей.
Не знаю, чья была то власть,
Но жизнь была на жизнь похожа.

Я помню, как был дядька рад,
Когда жена родила двойню.
Сосед соседу был как брат.
Тем и живу, что это помню.

1972 ГОД
Мне всего двенадцать лет.
Горя я еще не видел.
Дымом первых сигарет
Пропитался новый свитер.

На экране Фантомас
С комиссаром бьется лихо.
Там стреляют, а у нас – тихо.
Не до этого, мы строим
Тыщи фабрик и дворцов.

Назовет потом «застоем»
Это кучка подлецов.
На уроках я скучаю
И гляжу воронам вслед.
Мне всего двенадцать лет
Счастья я не замечаю.

* * *
А он все ближе, страшный день.
Нам со стола метнут окуски,
Как будто псам. И даже тень
На землю ляжет не по-русски.

Не умирай, моя страна!
Под злобный хохот иноверца.
Не умирай! Ну, хочешь, на!
Возьми мое седое сердце.

 

Владимир Бушин
МОЁ ВРЕМЯ
Я жил во времена Советов.
Я видел всё и убеждён:
Для тружеников, для поэтов
Достойней не было времён.

Я жил в Стране Социализма,
Я взвесил все её дела
И понял: никогда Отчизна
Сильней и краше не была.

Я жил во времена Союза
В семье несметных языков,
Где дружбы дух и братства узы
Страну хранили от врагов.

Я жил в эпоху Пятилеток
И был голодным иногда,
Но видел я – мой глаз был меток –
Нам светит горняя звезда.

Что ж, ошибались мы во многом,
Но первыми прорвали мрак.
И в Судный День, представ пред Богом,
Мы развернём наш Красный Флаг.

РУССКИМ
Таких в долгой жизни я много видал. 
С дней юных законом их стало: 
Если России не всё ты отдал, 
Значит, отдал ты мало. 

Пусть ты и честно, и праведно жил 
И хлеб зарабатывал потом, 
Но если не всё для страны совершил, 
Считаться не смей патриотом. 

К спасению путь во веки веков 
Был жёстким, кровавым и узким. 
А ты, коль за Родину в бой не готов, 
Не смей называть себя русским!

Комментариев:

Система Orphus Внимание! Если вы заметили в тексте ошибку, выделите ее и нажмите "Ctrl"+"Enter"

Вернуться на главную